Структура совокупного предложения. - конспект - Международные отношения, Рефераты из Международные отношения
Guzeev_anton
Guzeev_anton11 июня 2013 г.

Структура совокупного предложения. - конспект - Международные отношения, Рефераты из Международные отношения

PDF (443 KB)
43 страница
266Количество просмотров
Описание
Samara State University of Economics . Конспект лекций по предмету Международные отношения. Торговля рассматривается как результат взаимодействия спроса и предложения на конкурентном рынке. Спрос и предложение будут вы...
20баллов
Количество баллов, необходимое для скачивания
этого документа
Скачать документ
Предварительный просмотр3 страница / 43
Это только предварительный просмотр
3 страница на 43 страницах
Скачать документ
Это только предварительный просмотр
3 страница на 43 страницах
Скачать документ
Это только предварительный просмотр
3 страница на 43 страницах
Скачать документ
Это только предварительный просмотр
3 страница на 43 страницах
Скачать документ
??????????????????? ????????????

1

1. СТРУКТУРА СОВОКУПНОГО ПРЕДЛОЖЕНИџ.

2. СТРУКТУРА СОВОКУПНОГО СПРОСА. КРЕСТ МАРШАЛЛА.

3. УСЛОВИџ И ОСНОВА ВНЕШНЕЙ ТОРГОВЛИ.

4. ВНЕШНџџ ТОРГОВЛџ И РАСПРЕДЕЛЕНИЕ ДОХОДОВ

5. ЭКСПОРТНО-ИМПОРТНЫЕ ОТНОШЕНИџ.

6. БАЗИСНАџ ТЕОРИџ ТАМОЖЕННЫХ ТАРИФОВ.

7. СУЩЕСТВУЮЩИЕ МЕТОДЫ ИЗМЕРЕНИџ НАЦИОНАЛЬНЫХ ПОТЕРЬ ОТ ТАРИФА

8. МЕТОДЫ РЕГУЛИРОВАНИЯ ВНЕШНЕЭКОНОМИЧЕСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ 43

ПРИЛОЖЕНИЕ 65

ЛИТЕРАТУРА 71

2

Торговля рассматривается как результат взаимодействия спроса и предложения на конкурентном рынке. Спрос и предложение будут выступать в своей привычной форме, а также как взаимодействие между производственными возможностями и предпочтениями потребителей. Начнем с анализа предложения и покажем, что означают кривые предложения, когда речь идет о международной торговле. Вначале познакомимся с теориями, по-разному объясняющими, почему издержки производства одного и того же товара могут меняться от страны к стране (в случае, когда торговля не является совершенной).

1Структура совокупного предложения. ИЗ ИСТОРИИ ВОПРОСА - ЗАКОН СРАВНИТЕЛЬНЫХ ПРЕИМУЩЕСТВ Д.

РИКАРДО Разбираясь с вопросом влияния международной торговли на благосостояние, мы

неизбежно наталкиваемся на необходимость выяснения причин, порождающих эту торговлю. Типичный пример тому - попытки Д. Рикардо в начале XIX в. убедить своих соотечественников-англичан в преимуществах свободной торговли. Поиски доводов в пользу свободной торговли завершились простым и классическим изложением того, как обе страны могут получить выигрыш от торговли друг с другом. И все же, несмотря на убедительность аргументов, самое ценное в его рассуждениях о выгодности международной торговли - поставленные, хотя и оставшиеся без ответа, вопросы о причинах, порождающих торговлю.

В начале XIX в. перед сторонниками свободной торговли стояла задача необычайной трудности. Торговля вся была опутана разнообразнейшими налогами и запретами, регламентирующими как импорт, так и экспорт. Не менее изощренными были и доводы меркантилистов, оправдывающие необходимость этих ограничений. Обложение импорта налогом обычно рассматривалось как средство, ведущее к созданию рабочих мест и увеличению дохода внутри страны. Считалось, что импортировать товары плохо, поскольку за них нужно платить, а это может привести к оттоку металлических денег (золота и серебра) за границу, если закуплено товаров и услуг у иностранцев будет больше, чем удастся им продать. Импорта следовало опасаться и потому, что в случае войны снабжение этими товарами могло прекратиться.

Рикардо не был первым, кто бросил вызов господствовавшей меркантилистской идеологии. Уже Адам Смит в своем труде «Богатство народов» (1776) высмеивал боязнь внешней торговли, сравнивая нации с семейными хозяйствами. Поскольку каждое семейное хозяйство находит выгодным для себя производить лишь часть из необходимого, а остальное приобретать за счет продажи излишков, то же самое может быть отнесено к нациям.

"Основное правило каждого благоразумного главы семьи состоит в том, чтобы не пытаться изготовлять дома такие предметы, изготовление которых обойдется дороже, чем при покупке их на стороне. Портной не требует шить себе сапоги, а покупает их у сапожника...

То, что представляется разумным в образе действия любой частной семьи, вряд ли может оказаться неразумным для всего королевства. Если какая-либо чужая страна может снабжать нас каким-нибудь товаром по более дешевой цене, чем мы в состоянии изготовлять его, гораздо лучше покупать его у нее на некоторую часть продукта нашего собственного промышленного труда, прилагаемого в той области, в которой мы обладаем некоторым преимуществом".

И все же во многих отношениях доводы А. Смита были несовершенными. Ему не удалось опровергнуть известное утверждение, что якобы ограничение импорта ведет к

3

созданию новых рабочих мест. Он не только не противостоял, но и сам поддерживал необходимость, из соображений национальной безопасности, ограничивать внешнюю торговлю с потенциальным противником. Кроме того, он полагал, что каждая нация в достаточной мере обладает абсолютными преимуществами над своими торговыми партнерами, чтобы поставлять на экспорт столько же товаров, сколько закупается за границей, если только торговля будет свободна от ограничений и регламентации. При этом он отмахнулся от очевидных вопросов, которые уже поднимались его предшественниками. Как быть, если какая-то страна не располагает преимуществами? Захотят ли другие страны торговать с ней? А если захотят, не следует ли опасаться того, что, в конце концов, закупать у своих более производительных соседей она станет гораздо больше, чем сможет им продать? Не приведет ли образовавшийся торговый дефицит к оттоку денег за границу? Где гарантии, что свободная торговля разрешит все эти проблемы, да еще таким образом, что страна в итоге останется в выигрыше?

Рикардо укрепил доводы в пользу свободной торговли, освободив их от прежних слишком жестких предпосылок. Он привел ряд численных примеров, показывающих выгодность внешней торговли для любой нации, даже если она ни в чем не располагает преимуществами или, наоборот, имеет преимущества перед иностранцами в производстве абсолютно всех товаров. В этих примерах, в отличие от других его работ, все внимание уделялось конечному воздействию внешней торговли на нацию в целом и никак не затрагивались вопросы последующего распределения полученных выгод внутри страны, что обычно занимало его в первую голову.

Чтобы оценить вклад, сделанный Рикардо в разработку проблемы, давайте рассмотрим следующие два примера, в которых излагаются ключевые доводы в пользу выгодности внешней торговли.

СИТУАЦИЯ АБСОЛЮТНОГО ПРЕИМУЩЕСТВА Сначала рассмотрим пример абсолютного преимущества: в каждой стране есть такой

товар, которого на единицу затрат она может производить больше, чем другие страны. Предположим, что в США таким наиболее дешевым в производстве товаром является пшеница, а в остальных странах - сукно:

В США с помощью единицы затрат можно произвести 50 бушелей пшеницы, или 25 ярдов сукна, или любую комбинацию объемов пшеницы и сукна в указанных пределах.

В остальных странах с помощью единицы затрат можно произвести 40 бушелей пшеницы, или 100 ярдов сукна, или любую их комбинацию в указанных пределах.

В отсутствие торговли каждая страна могла бы потреблять только то, что она производит. В этих условиях максимальные объемы потребления в США и во внешнем мире, представленные всевозможными сочетаниями объемов пшеницы и сукна, можно задать кривыми, обозначенными на рис. 1 жирными линиями. Так, США могут обеспечить себя пшеницей в количестве 50 бушелей и вовсе обойтись без сукна (точка S1), или же только 25 ярдами сукна, или же какой-то комбинацией этих продуктов, например 20 бушелями пшеницы и 15 ярдами сукна, как это показано в точке S0. Сколько и чего станут производить США в условиях автаркии? Смит и Рикардо не могли с точностью ответить на этот вопрос. И мы не сможем, если не познакомимся с предпочтениями, которые определяют поведение спроса в этой стране. Только в том случае, если в модель включены и предложение, и спрос можно будет определить комбинацию производимых продуктов. Предположим, что существующая система предпочтений такова, что из всех точек на кривой выбирается точка S0. Точно так же предположим, что все остальные страны остановились в своем выборе на 12 бушелях пшеницы и 70 ярдах сукна, что тоже соответствует точке S0, но на соседней картинке.

4

В отсутствие торговли цены в обеих «странах» (США и остальном мире) различны. Если оба товара поставляются на конкурентный рынок, то их относительные цены будут определяться относительными издержками производства. В США стоимость бушеля пшеницы будет оцениваться примерно в пол-ярда сукна. Или, что тоже самое, ярд сукна будет стоить около двух бушелей пшеницы. При любом другом соотношении цен перераспределение производственных ресурсов могло бы принести кому-нибудь более высокую прибыль. Так, в отсутствие торговли соотношение 1 бушель = 1 ярд не могло бы долго сохраняться, поскольку скоро выяснилось бы, что, перебросив ресурсы с производства сукна на выращивание пшеницы, можно получить на ту же единицу затрат по два бушеля пшеницы вместо производимого прежде одного ярда сукна. По той же причине за границей в отсутствие внешней торговли соотношение цен будет тяготеть к пропорции 2,5 = (100/40) ярда сукна за бушель пшеницы.

Теперь представим себе, что устанавливаются торговые отношения с другими странами. Некто обращает внимание на разницу цен: в США люди продают пшеницу дешево, получая всего пол-ярда сукна за бушель пшеницы, тогда как за границей за каждый бушель пшеницы можно получить 2,5 ярда сукна. Если транспортные расходы невелики (а мы предположим, что они нулевые), этот некто воспользуется случаем и станет закупать пшеницу по пол-ярда за бушель, отправлять ее за границу и продавать там по 2,5 ярда. В скором времени этот некто разбогатеет, так как он, в сущности, открыл способ превращать пол-ярда сукна в два с половиной ярда. Вне зависимости от того, останутся ли внешнеторговые сделки целиком в его руках или у него появятся независимые конкуренты, совершенно очевидно, что направления внешнеторговых потоков будут определяться разницей в соотношениях издержек производства. Поскольку в США относительно дешевая пшеница, а в других странах - относительно дешевое сукно, США будут экспортировать пшеницу и импортировать сукно.

Однако мы все еще не можем достаточно определенно оценить выигрыш от внешней торговли, поскольку пока не знаем, как изменятся объем и структура производства и потребления под воздействием торговли с другими странами. Не знаем мы, и какое в результате установится соотношение цен. В сущности, такого рода примеры не содержат достаточно информации, чтобы определить соотношение внешних цен, «условия торговли» между США и остальными странами. Этого нельзя сделать по той же причине, почему мы не могли рассчитать структуру производства и потребления в отсутствие торговли: мы не располагаем какими-либо данными, характеризующими спрос, не знаем, какова структура предпочтений в США и в остальных странах. Поскольку Рикардо не затрагивал спроса, он только и мог сказать, что внешняя торговля выгодна при таком-то и таком-то соотношении мировых цен.

Нельзя сказать, что мы уж совсем ничего не знаем о соотношении цен на мировом рынке. Нам известно, что оно находится где-то посредине между соотношением издержек производства в США и соотношением издержек в остальном мире до установления торговых отношений - больше полу ярда, но меньше 2,5 ярда за бушель пшеницы. Это становится ясным из следующего рассуждения. Предположим, что Соединенным Штатам предлагается вывозить в другие страны пшеницу всего по 1/5 ярда сукна за бушель. Конечно, США не станут этого делать, раз они могут продавать ее по пол-ярда у себя дома. Больше того, при цене 1/5 ярда сукна за бушель пшеницы США стали бы экспортировать сукно. Однако другие страны вряд ли захотели бы отдавать по пять бушелей пшеницы за ярд американского сукна, если у себя они могут получить точно такое же сукно всего за 2,5 бушеля пшеницы. Точно так же можно показать, что при цене пшеницы свыше 2,5 ярда за бушель и США, и другие страны стремились бы экспортировать пшеницу и импортировать сукно. Так что обеим сторонам не договориться, кому что экспортировать, пока цена не установится в пределах 0,5

5

- 2,5 ярда сукна за бушель пшеницы. Наблюдаемый прирост потребления происходит в результате двух изменений,

которые стали возможны благодаря внешней торговле: 1) изменения структур потребления; 2) экономического эффекта от специализации производства.

Рассмотрим первое из них. Предположим, что структура мирового спроса такова, что соотношение мировых цен устанавливается на промежуточном уровне: 1 бушель пшеницы за 1 ярд сукна. США получают выгоду, торгуя на таких условиях, даже если структура производства остается в точке S0. Получая по ярду сукна за каждый экспортированный бушель пшеницы, они могут выйти за прежние пределы потребления - это обозначено на рис. 1 жирной пунктирной линией. Даст ли это прирост потребления? Безусловно, даст, просто потому, что новое соотношение цен (1 бушель = 1 ярд) отличается от старого (1бушель = 1/2 ярда). Прежде, сообразуя расходы с доходами, американские потребители исходили из старой цены, полагая, что в точке S0 за бушель пшеницы, которым они пожертвуют, можно будет получить всего пол-ярда сукна. Теперь по ценам мирового рынка они смогут получить за каждый бушель пшеницы, без которого решат обойтись, по целому ярду сукна. Это принесет им какую никакую, а выгоду.

Далее, выигрыш можно увеличить благодаря специализации производства. Соединенным Штатам теперь нет смысла производить на каждую единицу затрат по 20 бушелей пшеницы и 15 ярдов сукна, как в точке S0. В таких условиях США должны вообще отказаться от производства сукна. Зачем изводить средства на выделку сукна, если их можно использовать в сельском хозяйстве, производя по два бушеля пшеницы вместо прежнего ярда сукна и получая по два ярда сукна за каждые два бушеля экспортированной пшеницы? Соединенные Штаты могут полностью специализироваться на производстве пшеницы в точке S1 и обменивать некоторое ее количество на сукно; это переместит потребление куда-нибудь в точку С на графике. Точно так же остальные страны могли бы полностью специализироваться на товаре, производство которого обходится им дешевле, и выпускать только сукно (как в точке S1 на рис. 1), обменивая его затем на пшеницу, чтобы достичь потребления в точке С.

Возможность специализации и обмена по мировой цене ярда сукна за бушель пшеницы позволяет США и остальным странам одновременно получить выигрыш от внешней торговли. Хотя мы по-прежнему не знаем, каков будет объем торговли (установить это возможно лишь с введением в следующей главе предпосылок относительно спроса), очевидно, что мировая цена, обозначенная на рис. 1 пунктирной линией, позволяет вести обмен пшеницы на сукно, благодаря чему обе страны могут выйти на уровень потребления, недостижимый без внешней торговли. Если бы США были вынуждены сохранять автаркию, оставаясь на нашем рисунке на жирной линии, им никогда не удалось бы попасть в точку С. Каждой предельно допустимой комбинации пшеницы и сукна, идущих на потребление в отсутствие внешней торговли (их множество обозначено жирной линией), соответствует точка на линии мировой цены, в которой благодаря специализации и внешней торговле объем потребления обоих товаров по крайней мере не меньше. Остальные страны также остаются в выигрыше. Размеры его определяются приростом потребления, достигнутым благодаря внешней торговле.

До сих пор мы разбирались с примером, где преимущество было абсолютным: каждая из стран на единицу затрат могла производить какого-то товара больше, чем другая. США могли производить больше пшеницы (50 бушелей на единицу затрат против 40 в остальных странах), а остальные страны - больше сукна (100 ярдов на единицу затрат против 25 в США). Однако этот пример не может полностью устранить сомнения, высказанного еще до Смита и Рикардо: как быть, если мы ни в чем не располагаем абсолютным

6

преимуществом и иностранцы на единицу затрат могут производить любого товара больше, чем мы? Захотят ли они торговать с нами? А если захотят, следует ли нам соглашаться?

СИТУАЦИЯ СРАВНИТЕЛЬНОГО ПРЕИМУЩЕСТВА Рикардо показал, что даже в случае, когда страна ни в чем не располагает

абсолютным преимуществом, торговля остается выгодной для обеих сторон. До тех пор пока в отсутствие торговли в соотношениях цен между странами сохраняются хоть малейшие различия, каждая страна будет располагать сравнительным преимуществом, т. е. у нее всегда найдется такой товар, производство которого будет более выгодно при существующем соотношении издержек (если брать за точку отсчета установление торговых отношений), чем производство остальных. Именно этот товар она и должна экспортировать в обмен на другие.

Рикардо открыл закон сравнительного преимущества: каждая страна располагает сравнительным преимуществом в производстве какого-то товара и получает выигрыш, торгуя им в обмен на остальные. Он проиллюстрировал это следующим численным примером. Предположим, что в США по-прежнему с помощью единицы затрат можно произвести 50 бушелей пшеницы, или 25 ярдов сукна, или любую комбинацию объемов пшеницы и сукна в указанных пределах, тогда как в остальных странах с помощью единицы затрат можно произвести 67 бушелей пшеницы, или 100 ярдов сукна, или любую их комбинацию в указанных пределах.

Чтобы убедиться, что для обеих стран выгодно, если США будут обменивать свою пшеницу на иностранное сукно, достаточно вновь обратиться к ситуации абсолютного преимущества. Мы увидим, что выгодность внешней торговли никак не зависит от того, что США могут производить больше пшеницы на единицу затрат, чем остальные страны (50 бушелей против 40 на рис. 1). Выигрыш при обмене проистекает не из абсолютного преимущества, а из того простого факта, что соотношения издержек в отсутствие торговли (наклоны жирных линий на обеих картинках) различны.

Составить более полное представление о выигрыше, получаемом в результате использования сравнительного преимущества, нам поможет рис. 2, где дается геометрическое представление примера, аналогичного приведенному Рикардо. Рассмотрим совсем пессимистический вариант, когда США безнадежно отстают от других стран в выпуске пшеницы и особенно сукна на единицу затрат. Если внешняя торговля запрещена, США должны быть на самообеспечении и потреблять продукцию только собственного производства в одной из точек на жирной линии, например в точке S0. То же относится к остальным странам.

Установление торговых отношений расширяет возможности страны, даже, несмотря на то, что в США производство обоих товаров обходится дороже, чем в других странах. Как только можно будет торговать, кто-нибудь обратит внимание на то, что можно купить бушель пшеницы в США всего за пол-ярда сукна, отправить его за границу и продать там за полтора ярда сукна (3/2 = 100/67). Начнется отток пшеницы из США в обмен на сукно, производимое другими странами, вне зависимости от того, во что обходится производство каждого из товаров в той или иной стране. Развитие торговли вскоре приведет к выравниванию относительных цен в обеих странах. Мы уже знаем, что торговля становится взаимовыгодной, только если она производится по соотношению цен мирового рынка. Оно находится где-то посредине между существовавшим до установления торговых отношений соотношением цен в США (1/2 ярда за бушель) и соотношением цен в остальном мире (3/2 ярда за бушель). Вновь, как и в ситуации абсолютного преимущества, для обеих сторон будет выгодно, чтобы обеспечить наивысшее потребление, полностью специализироваться на производстве единственного товара - пшеницы в США и сукна в остальном мире. Если окажется, что соотношение мировых цен установится на уровне один ярд сукна за один

7

бушель пшеницы, каждая из стран достигнет точки С в потреблении, при этом США будут экспортировать 20 бушелей пшеницы в обмен на 20 ярдов заграничного сукна. Выигрыш от внешней торговли заключается в приросте потребления благодаря возможности перемещения в точки, подобные С. В отсутствие торговли в точках типа S0 такой уровень потребления был недоступен.

Рикардо придал своему числовому примеру еще большую убедительность, показав, что взаимовыгодность внешней торговли сохраняется и тогда, когда международный обмен осуществляется с участием денег. До сих пор мы предполагали, что пшеница непосредственно обменивается на сукно. Это не соответствует действительности, так как на самом деле страны торгуют друг с другом, прибегая к помощи валютных рынков, где можно обменять одну валюту на другую, чтобы расплатиться за экспорт или импорт. Получается, что Рикардо корректно доказал сохранение относительного преимущества и выгодность внешней торговли для каждой страны и в том случае, когда во внимание принимается существование национальной валюты. Если при данном обменном курсе национальной валюты не удается покрыть расходы на импорт поступлениями от экспорта, их можно уравновесить путем изменения относительных цен на собственные и заграничные товары в денежном выражении. В мире, где существуют деньги, такое выравнивание платежей достигается или посредством установления нового равновесия обменного курса валют, или корректировкой всех уровней денежных цен в одной или обеих странах.

Таким образом, тот факт, что в реальном мире торговля ведется посредством денег, нисколько не умаляет значения открытого Рикардо закона сравнительного преимущества.

ТЕОРИЯ ХЕКШЕРА - ОЛИНА: ГЛАВНОЕ - СООТНОШЕНИЕ ФАКТОРОВ ПРОИЗВОДСТВА

Основы современных представлений о том, чем определяются направление и структура международных торговых потоков, были заложены шведскими учеными. Эли Хекшер, известный шведский специалист по экономической истории, сформулировал исходные принципы в короткой статье, опубликованной в 1919 г. В 30-е годы они были развиты и обобщены его учеником Бертилем Олином. Один, как и Кейнс, успешно сочетал академическую карьеру (профессура в Стокгольме и Нобелевская премия) с политической деятельностью (член риксдага, руководитель партии, правительственный чиновник во время войны). Теорию, убедительно изложенную Олином и подкрепленную эмпирическими данными, упрочил впоследствии другой Нобелевский лауреат, Пол Самуэльсон. Он вывел математические условия, при которых утверждение Хекшера - Олина (далее Х - О) становилось полностью корректным.

Смысл теории Х - О заключается, говоря словами самого Олина, в следующем: «Товары, требующие для своего производства значительных затрет (избыточных

факторов производства) и небольших затрат (дефицитных факторов), экспортируются в обмен на товары, производимые с использованием факторов в обратной пропорции. Так, в скрытом виде экспортируются избыточные факторы и импортируются дефицитные факторы производства» (Ohlin, 1933, р.92).

Или, совсем кратко: Страны экспортируют продукты интенсивного использования избыточных

факторов (и импортируют продукты интенсивного использования дефицитных для них факторов).

Это правдоподобное утверждение проверяемо, но для этого нам необходимо определить, что понимается под избытком факторов производства и интенсивностью их использования.

8

Страна считается в избытке наделенной рабочей силой, если соотношение между ее количеством и остальными факторами в ней выше, чем в остальном мире.

Продукт считается трудоемким, если доля затрат на рабочую силу в его стоимости выше, чем в стоимости других продуктов.

Теория Х - О, объясняющая структуру международной торговли, начинается со специального раздела, посвященного причинам международных различий в ценах до установления торговых отношений. Почему в рассмотренном нами примере до установления торговых отношений в США сукно было таким дорогим (2 бушеля за ярд), а в остальных странах таким дешевым (2/3 бушеля за ярд)?

В принципе такой разрыв в ценах может объясняться чем угодно. Возможно, различна структура спроса: в Америке, например, более высокий спрос на сукно определяется более суровым климатом, религиозными убеждениями или большей сложностью фасонов одежды. Либо разница была в технологии: американцы научились получать высокие урожаи, а иностранцы добились высокой выработки в производстве сукна, причем эти знания они держали друг от друга в секрете.

Но Хекшер и Олин не считали, что различия в спросе или технологии могут объяснить все международные различия в ценах, наблюдаемые в реальной действительности. Они утверждали, что источником различия сравнительных издержек является соотношение факторов производства. Если в Америке 1 ярд сукна обходится в 2 бушеля пшеницы, а в остальных странах - меньше бушеля, в первую очередь это должно объясняться тем, что в Америке относительно больше факторов, интенсивно используемых в производстве пшеницы, и относительно меньше факторов, интенсивно используемых в производстве сукна, чем в остальных странах. Пусть «земля» - фактор, более интенсивно используемый в производстве пшеницы, а «труд» - фактор, более интенсивно используемый для получения сукна. Пусть все издержки можно свести к затратам земли и труда (например, для производства удобрений, необходимых для пшеницы, требуется затратить определенное количество земли и труда, так же как и на производство пряжи для выработки сукна). Тогда, если США экспортируют пшеницу и импортируют сукно, по теории Х - О следует, что это происходит в результате трудоемкости сукна и «землеемкости» пшеницы и:

(предложение земли в США) (предложение земли в других странах) >

(предложение труда в США) (предложение труда в других странах) В такой ситуации (при прочих равных условиях) аренда земли в США должна

обходиться дешевле, чем в остальных странах, а работники должны претендовать на более высокую по сравнению с другими странами заработную плату. Дешевизна земли в большей степени снижает издержки в земледелии, чем в производстве сукна. И наоборот, дефицит рабочей силы делает сукно в Америке относительно дорогим. Именно этим, по теории Х - О, объясняется разница цен, существовавшая до установления торговых отношений. И, согласно этой теории, именно различия в относительной обеспеченности факторами производства и в характеристиках их использования обусловливают экспорт Америкой пшеницы, а не сукна (и импорт сукна, а не пшеницы) после установления торговых отношений.

РАСШИРЕНИЕ ТЕОРИИ ХЕКШЕРА - ОЛИНА Экономисты до сих пор продолжают спорить, каким образом обновить или заменить

основные постулаты теорий Х - О, чтобы получить удовлетворительное объяснение развитию новых структур в международной торговле. Мы рассмотрим только два направления из всех предложенных. Первое дает возможность расширить теорию Х - О, по-новому определив факторы производства, так чтобы разница в обеспеченности ими

9

объясняла подавляющую часть изменений в структуре международной торговли. Второе направление полностью отрицает теорию Х - О и предлагает совершенно новый подход к проблеме.

УЧЕТ БОЛЬШЕГО ЧИСЛА МЕНЕЕ КРУПНЫХ ФАКТОРОВ Одна из возможностей состоит в признании не реалистичности сведения всей

совокупности факторов производства только к капиталу, земле и нескольким типам труда. Действительно, существует масса их разновидностей. Кроме того, есть факторы, присущие только отдельным подотраслям или даже отдельным фирмам. Неоднородность особенно ярко проявляется на высших уровнях управления и в других редких профессиях. Так, когда речь идет об автомобилях, можно, скажем, утверждать, что Э. Тойота из фирмы «Тойота» обладает управленческими талантами именно в области автомобилестроения, что и превращает его в уникальный фактор производства. То же самое можно сказать о запатентованных моделях, которыми владеет только какая-то одна фирма, отрасль, страна. Действительно, предпринимательские способности, технология, знания могут сами по себе рассматриваться как факторы производства, находящиеся в чьем-то владении.

Разукрупнение факторов производства вплоть до учета самых мелких из них могло бы повысить объясняющую способность теории Х - О, придающей такое значение пропорциям между факторами. Как только мы научимся проводить более тонкие различия между факторами производства, обеспеченность различных отраслей ими предстанет перед нами совершенно в другом свете. В конце концов, может оказаться, что межстрановые различия в обеспеченности специфическими для каждой отрасли факторами столь велики, а интенсивность их использования в отраслевом производстве столь высока, что это с успехом разрешает все неясности в структуре международной торговли. Рассмотрим, например, как с помощью такого подхода можно было бы объяснить наличие крупных встречных потоков в торговле транспортным оборудованием между США и Японией, если обе страны в одинаковых пропорциях наделены и капиталом, и соответствующей рабочей силой? Почему Япония закупает такое количество самолетов в США, одновременно снабжая их и весь остальной мир судами? Теория Х - О не даст ответа на этот вопрос, если мы по-прежнему будем считать, что во всех производствах отрасли транспортного машиностроения используются одни и те же факторы и в одной и той же пропорции. Однако если расценивать управленческий и иной опыт, накопленный «Боингом» и другими американскими авиастроительными фирмами, как нечто отличное от опыта, накопленного «Мицубиси» и другими японскими судостроителями, то получим объяснение этого конкретного сочетания сравнительных преимуществ в рамках теории сравнительной обеспеченности факторами производства.

СНИЖАЮЩИЕСЯ ИЗДЕРЖКИ (ЭФФЕКТ МАСШТАБА) Согласно другой точке зрения, теория Х - О нуждается не в доработке, а в полной

замене, и это мнение приобретает все больше сторонников. Исходным является заявление, что соотношение факторов почти ничего не объясняет, поскольку страны либо наделены основными факторами в сходных пропорциях, либо различные отрасли в действительности не столь уж различны в использовании этих факторов. (Как мы убедились выше, такая однородность действительно все в большей степени характеризует взаимную торговлю развитых стран.) Затем утверждается, что страны с одинаковой обеспеченностью факторами производства смогут извлечь максимальную выгоду из торговли друг с другом, если обе они будут специализироваться в разных отраслях, характеризующихся экономией на масштабах (возрастающим эффектом масштаба, или эффективностью массового производства) - снижением издержек на единицу выпуска по мере наращивания объема производства.

Как функционирует торговля в условиях экономии на масштабах, как обе страны извлекают выгоду, показано на рис. 3, где мы возвращаемся к нашему примеру с

10

американскими самолетами и японскими судами. В отсутствие торговли, пожелай каждая из стран иметь и самолеты, и суда, им пришлось бы производить понемногу того и другого в неэффективных точках вроде В для США и Е для Японии. Однако кривые производственных возможностей являются вогнутыми, что отражает экономию на масштабах. Каким образом - можно понять, «двигаясь» на северо-запад из точки С вдоль кривой производственных возможностей США. Первые несколько самолетов обойдутся очень дорого, если учесть не построенные суда (кривая является довольно пологой). Но по мере нашего приближения к точке А и наращивания выпуска самолетов при сокращении производства судов издержки на каждый новый самолет в пересчете на суда, от выпуска которых приходится отказываться, становятся все ниже (кривая приобретает крутизну), предположительно в результате того, что в самолетостроении производство ведется в экономически эффективных масштабах, а в судостроении - наоборот и что с каждым не построенным судном высвобождается все большее количество ресурсов, те же самые рассуждения справедливы для кривой производственных возможностей Японии.

Здесь, как и в примере Рикардо с возрастающими издержками, у стран появляется стимул к полной специализации.

Соединенным Штатам нет смысла оставаться в неэффективной точке вроде В. Из характера кривых на рисунке следует, что США располагают - незначительным сравнительным преимуществом в производстве самолетов, а Япония - судов. При любом соотношении цен типа существующего в точке В США могут специализироваться в производстве самолетов в точке А и, обменивая их на японские суда, достичь потребления в точке (здесь не показанной), превосходящей точку В. Япония, соответственно, может специализироваться в точке? и обеспечить себе более высокое потребление, чем прежде в точкой.

Насколько реалистична эта новая теория? Экономисты продолжают исследовать ее достоинства и недостатки. Конечно, с ее помощью удается объяснять явления вроде только что рассмотренной торговли самолетами и судами. Но окончательное решение, сможет ли она заменить теорию Х - О в качестве основного инструмента для объяснения структуры международной торговли, еще не вынесено.

Подход с точки зрения экономии на масштабах, если он верен, заставит нас по-новому взглянуть на многие вещи. Из микроэкономической теории мы знаем, что в отраслях, где эффективно массовое производство, как правило, отсутствует совершенная конкуренция. Первая же фирма, которой удастся увеличить выпуск до объема, позволяющего занять доминирующее положение на рынке, сможет, благодаря экономии на масштабах снизить цены и тем самым вытеснить всех прямых конкурентов с внутреннего рынка, а может, и с мирового. Если действительно внешняя торговля все в большей степени опирается на экономию, связанную с расширением масштабов производства, в конце концов, здесь она окажется в руках гигантских международных фирм. Потребуется, кроме того, пересмотреть и вопрос о распределении выгод, полученных в результате торговли. Вместо предположения, что одним факторам производства внешняя торговля приносит доход, а другие при этом терпят убытки, может оказаться, что внешняя торговля выгодна для гигантских международных фирм и их клиентов (благодаря низким ценам), и в то же время нет какого-то определенного слоя, несущего потери. Если так, дальнейшая либерализация торговли может проходить относительно безболезненно. Однако эти взаимоисключающие предположения еще ждут своего подтверждения.

ВЫВОДЫ Мы выяснили, что со стороны предложения основой торговли выступает различие в

сравнительных издержках. Бели сравнивать затраты факторов на единицу выпуска, может оказаться, что в какой-то из стран производство буквально всех товаров превосходит по

11

эффективности производство в других странах; но и в этом случае сохраняется стимул для внешней торговли, поскольку степень этой эффективности неодинакова для разных товаров. Закон сравнительного преимущества утверждает, что этой стране выгоднее сосредоточить усилия в производстве тех товаров, где она добилась относительно большей эффективности, и экспортировать их в обмен на товары, по которым ее относительное преимущество минимально. Таким образом, внешняя торговля не является «игрой с нулевой суммой», где выигрыш одной стороны определяется проигрышем другой. Торговля выгодна всем, и участие в ней, по крайней мере, не ухудшает положения по сравнению с тем, что было до установления торговых отношений.

Основные положения закона сравнительного преимущества в предположении постоянства издержек впервые были сформулированы Д. Рикардо в начале девятнадцатого века. Ослабление этой предпосылки допущением возрастания (или убывания) издержек замещения не опровергает теории сравнительного преимущества.

Межстрановые различия в сравнительных преимуществах или в форме кривых производственных возможностей объясняются главным образом тем, что 1) в производстве различных товаров факторы используются в различных соотношениях и 2) неодинакова относительная обеспеченность стран факторами производства. Построенная на этом теория Х - О утверждает, что страны будут стремиться экспортировать товары, в производстве которых они более интенсивно используют относительно избыточные факторы, в обмен на товары, в чьем производстве пришлось бы интенсивно использовать дефицитные для них ресурсы.

Теория Х - О успешно объясняет многие закономерности, наблюдаемые в международной торговле. Страны действительно вывозят преимущественно продукцию, в затратах на производство которой доминируют относительно избыточные у них ресурсы. Утрата США в послевоенный период сравнительного преимущества в техноемкой продукции сопровождалась интенсивным наращиванием капитала и научного потенциала в Японии и других странах.

Однако не все явления укладываются в схему, предложенную теорией Х-О. Изменение конкурентных позиций некоторых стран, особенно в Европе, наблюдавшееся в последние годы, не согласуется с имеющимися данными о сдвигах в обеспеченности факторами производства. Статистика свидетельствует, что структура обеспеченности промышленно развитых стран производственными ресурсами постепенно выравнивается. А это может означать, что теория Х - О, основанная на учете межстрановых различий в относительной обеспеченности факторами производства, неуклонно устаревает. Кроме того, центр тяжести в международной торговле постепенно смещается к взаимной торговле «подобных» стран «подобными» товарами, а вовсе не продукцией совершенно различных секторов промышленности.

Проблемы, возникшие в последнее время в результате противоречия эмпирических данных теории Х - О, можно разрешить путем либо ее развития, либо замены. Экономисты пока не пришли к соглашению, какой путь перспективнее. Объясняющую способность теории Х - О можно повысить более скрупулезным учетом всевозможных факторов производства. Предлагается также заменить теорию Х - О теорией, согласно которой основой внешней торговли является выигрыш от специализации в отраслях, характеризующихся экономией на масштабе (возрастающим эффектом масштаба, или снижающимися издержками, производства).

12

1Структура совокупного спроса. Крест Маршалла. ЧИСТАЯ ТЕОРИЯ МЕЖДУНАРОДНОЙ ТОРГОВЛИ: СПРОС

Заниматься анализом международной торговли, разобравшись с предложением и не зная ничего о спросе, - все равно что резать одной половинкой ножниц или аплодировать одной ладонью В отношении спроса каждый раз, говоря о последствиях установления торговых отношений, приходилось ограничиваться невнятными высказываниями типа: «Предположим, что характеристики спроса таковы, что новая цена составила бушель за ярд и при этой цене экспорт и импорт...» и т.д. Нередко возникает искушение в объяснении структуры международной торговли ограничиться исключительно особенностями предложения. Отдельные экономисты практически так и поступают, утверждая, что закон сравнительного преимущества определяет, какие именно товары будут экспортироваться и импортироваться той или иной страной, тогда как на долю спроса остается только установление цен во внешней торговле. И все же это неверно. На рынке спрос и предложение совместно определяют как количество покупаемых и продаваемых товаров, так и их относительные цены. Спрос и предложение точно так же рука об руку действуют в международной торговле, как и на местных, внутренних рынках.

Чтобы убедиться в необходимости полной модели и цен, и объемов в международной торговле, достаточно вспомнить важность значения мировой цены.

Вспомним, какую важную роль играют международные цены. Одно это говорит о необходимости иметь полную модель, в явном виде описывающую поведение как цен, так и объемов в международной торговле. Для определения последствий установления торговых отношений, в том числе выгод от нее, нам необходимо было знать, на каком уровне установится международная цена. В примере относительного преимущества с постоянными издержками, по Рикардо, новая мировая цена должна была принять некое значение между прежней американской целой в 2 бушеля пшеницы за ярд сукна и прежней зарубежной ценой в 2/3 бушеля за ярд. Но какое именно? Чтобы долго не возиться, кое-кто, пожалуй, просто рассчитал бы среднюю - 4/3 бушеля за ярд, но так дело не пойдет. Если бы мировая цена установилась на уровне прежней американской, у США не было бы стимула для внешней торговли, все выгоды от торговли в результате изменения цен получали бы их партнеры. Напротив, если неизменной остается цена в остальном мире, выигрывают от установления торговых отношений только США, так как смогут продавать и покупать по новым, недоступным прежде ценам. Так что важнейший вопрос распределения выигрыша от внешней торговли прямо зависит от того, какой будет новая цена. Но мы не сможем определить ее, исходя только из анализа предложения.

ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ СПРОСА И ПРЕДЛОЖЕНИЯ ВО ВНЕШНЕЙ ТОРГОВЛЕ Характеристики спроса на любом рынке определяются вкусами и доходами

потребителей конечной продукции (плюс соображениями издержек у поставщиков конечной продукции, если речь идет о спросе на промежуточные продукты). Вкусы и доходы устанавливают пределы изменения в объеме спроса при изменении цен.

Если известны кривые спроса, устанавливающие соотношение между объемом спроса и ценой, то, объединив их с кривыми предложения, рассчитанными на основе издержек, можно продемонстрировать воздействие международной торговли на производство, потребление и цены. Именно геометрическое представление кривых спроса-предложения послужит нам основным инструментом при анализе проблем, связанных с выбором торговой политики. Сначала выясним, на какие вопросы дают ответ специфицированные кривые спроса-предложения, а затем обратимся к тому, как строятся кривые спроса на основании информации о вкусах и доходах потребителей.

На рис. 4 показано воздействие внешней торговли на производство, потребление и

13

цены в США и в остальном мире. Национальные кривые предложения, или предельных издержек, получены из кривых производственных возможностей (как на рис. 3), которые в свою очередь определяются технологией производства и обеспеченностью факторами производства.

В отсутствие внешней торговли в США и остальном мире равновесие спроса и предложения на рынках сукна устанавливается при различных ценах. Как и прежде, в США в точке А сукно стоит 2 бушеля пшеницы за ярд. В остальном мире спрос соответствует предложению в точке Н при более низкой цене, в 2/3 бушеля за ярд.

Установление торговых отношений освобождает население США и остального мира от необходимости соотносить объем спроса с объемом внутреннего производства. Это открывает новые возможности перед американскими покупателями сукна и его иностранными поставщиками. Американские покупатели вскоре обнаружат, что сукно дешевле приобретать за рубежом, где оно продается всего по 2/3 бушеля за ярд. А иностранные поставщики в свою очередь поймут, что нет смысла придерживаться столь низкой цены, если в США можно продавать сукно гораздо дороже. Постепенно они договорятся и наладят обмен американской пшеницы на иностранное сукно по ценам где-то между 2/3 и 2 бушелями за ярд.

Теперь, когда мы используем в нашем анализе кривые не только предложения, но и спроса, можно определить и окончательную цену, устанавливающуюся в мировой торговле. Существует только одно ценовое соотношение, при котором мировой спрос находится в равновесии с мировым предложением. Установить его можно сопоставлением левой и правой диаграмм на рис. 4. Превышение спроса над предложением сукна в США соответствует избытку предложения по сравнению со спросом на сукно за границей только при одной цене: бушель за ярд. При этой цене избыточный американский спрос, СВ, равен избыточному зарубежному предложению, IJ. При чуть более высокой цене, скажем 1,2 бушеля за ярд, превышение спроса над предложением в США будет меньше чем 40 млрд. ярдов в год, тогда как избыток предложения за границей превысит 40 млрд. Это несоответствие заставит цену вернуться к равновесному значению - бушель за ярд. Более низкая цена также не удержится, так как мировое (американское вместе с заграничным) предложение сукна окажется ниже совокупного мирового спроса.

Выравнивание мирового спроса и предложения можно полностью представить и на одном графике международной торговли сукном, как это показано на центральной диаграмме рис. 4. Изображенные здесь кривые спроса на экспорт и предложения импорта получены из национальных кривых спроса и предложения. Кривая, изображающая американский спрос на импортное сукно, есть не что иное, как кривая избыточного спроса США, показывающая, сколько и при каком значении цены составит разница между спросом и предложением сукна в США. Аналогично, кривая предложения экспорта остальным миром есть кривая избыточного предложения, построенная как разность между предложением и спросом на сукно в остальном мире. Кривые спроса на импорт и предложения экспорта пересекаются в точке Е, что приводит к точно такому же объему торговли сукном (DE=CB=IJ) и такой же мировой цене, как и на соседних диаграммах. Ниже мы будем использовать среднюю диаграмму всякий раз, когда нам нужно будет сконцентрировать внимание на собственно международной торговле, и боковые диаграммы для анализа воздействия внешней торговли и торговых ограничений на отдельные группы производителей и потребителей. Оба способа представления обладают тем несомненным достоинством, что, во-первых, привычны для всех, знакомых с основами анализа спроса-предложения, а во-вторых, поддаются эмпирической оценке.

ЧТО СТОИТ ЗА КРИВЫМИ СПРОСА: КРИВЫЕ БЕЗРАЗЛИЧИЯ Работая с кривыми спроса, полезно знать, какие аспекты поведения и

14

благосостояния они воплощают. Чтобы вывести основные, эмпирически наблюдаемые параметры кривых спроса из

стоящего за ними поведения потребителей, нет нужды в каких-то особых допущениях. Для объяснения, почему кривые спроса, как правило, являются убывающими, почему товары обычно выступают один для другого субститутами, почему в среднем спрос возрастает с увеличением дохода, достаточно того, что потребители вынуждены считаться с ограниченностью своих доходов. В этом плане существование кривых спроса легко объяснимо. Сложнее обстоит дело с отражением в кривых спроса моментов, связанных с понятием благосостояния.

Традиционно (хотя и необязательно) экономисты считают, что кривые спроса строятся исходя из предположения о максимизации субъективной полезности потребителям при том ограничении, что семейный бюджет должен оставаться в пределах общей суммы доходов. Такое их построение требует привлечения графического метода, известного как кривая безразличия (indifference curve). Она показывает все те сочетания различных количеств имеющихся товаров, которые обеспечивают индивиду одинаковый уровень полезности.

Кривые безразличия подобны горизонталям (изогипсам) на карте местности, соединяющим точки с одинаковой высотой над уровнем моря. Каждая кривая безразличия соответствует определенному уровню удовлетворения потребностей (или полезности), полученному от различных сочетаний двух товаров. Обратимся к знакомым нам сукну и пшенице. Кривая безразличия а-а на рис. 5а является примером, когда потребителю безразлично, располагает он семью бушелями пшеницы и четырьмя ярдами сукна (v), или тремя бушелями пшеницы и восемью ярдами сукна (w), или любой другой комбинацией этих товаров, представленной на той же самой кривой.

Как и горизонтали, кривые безразличия образуют «карты», где параллельные кривые указывают движение в заданном направлении от меньшего уровня удовлетворения потребностей (или высоты) к большему. Так, на рис. 5б точка b на кривой безразличия III представляет более высокий уровень удовлетворения потребностей, или благосостояния, чем точка а на кривой I, несмотря на то что в этой точке потребляется больше. Добавочное количество пшеницы с избытком компенсирует снижение количества сукна. Точка с, в которой больше и того и другого, безусловно, обеспечивает более высокий уровень удовлетворения потребностей, чем а, и, наконец, для потребителя нет разницы между точками с и b.

На более высоких уровнях экономической теории обсуждается сложный вопрос об общественных кривых безразличия (community indifference curve). Принято считать, что карта кривой безразличия для индивида концептуально приемлема и ее можно было бы даже построить, найдись человек, на логику и стабильность вкусов которого можно было бы положиться для проведения обследования. Если некто считает, что стал богаче, причем существенно, приобретя 5 добавочных бушелей пшеницы и лишившись 2 ярдов сукна, кто, может это отрицать? Однако считается, что можно возражать против утверждения, будто общество стало богаче, если в среднем на каждого стало приходиться на 5 бушелей пшеницы больше и на 2 ярда сукна меньше. Одни получат больше, другие, наоборот, понесут потери. Кто может утверждать, что рост удовлетворения потребностей одних перевешивает падение уровня у других? Даже если изменения распределяются равномерно, остается та проблема, что одни предпочитают сукно пшенице, у других вкусы прямо противоположные. В этом случае невозможно утверждать, что выигрыш любителей пшеницы перевесит ущерб, нанесенный приверженцам сукна. Нельзя непосредственно сравнивать уровни удовлетворения потребностей, или благосостояния, отдельных лиц. Как мы убедимся ниже, разбирая вопросы торговой политики, это реальные, а не надуманные трудности. Если в

15

результате некоторого мероприятия улучшается положение одних групп в обществе, а другим становится от этого хуже, результирующий эффект для благосостояния общества в целом оценить невозможно. Если у людей различные предпочтения, то изменения в распределении доходов порождают новую карту кривой безразличия, где новые кривые пересекаются со старыми. Но ведь смысл кривых безразличия именно в том, что они не пересекаются. Пересекающиеся кривые означают, что полезность на уровне I может оказываться то больше, то меньше полезности на уровне II, что совершенно недопустимо. Однако, несмотря на эти трудности, мы продолжаем использовать кривые безразличия, хотя и с оглядкой. Основанием служат упрощающие допущения, что предпочтения общества могут быть представлены предпочтениями индивидуума, что они устойчивы во времени и что не происходит изменений в распределении доходов. Конечно, эти допущения противоречат реальности. Другое обоснование, предлагаемое исследователями проблем благосостояния, заключается в так называемом «принципе компенсации»: если известно, что экономические выгоды от изменения цен достаточно высоки, чтобы получатели возросших доходов могли без ущерба для себя компенсировать потери (или подкупить) остальных, то новое состояние рассматривается как улучшение. Если компенсация действительно имеет место, то проигравших нет и действительно произошло изменение к лучшему (при условии, что никто не страдает просто от зависти, что другим стало лучше). Однако проигрыш почти никогда не компенсируется. Без этого принцип, состоящий в том, что изменение в целом расценивается как положительное, если получатели выгод могли бы (на деле этого не происходит) компенсировать ущерб проигравшим, не выглядит убедительным, если не принять некоторые явные оценочные суждения [суждения, выражающие определенную систему социально-философских и морально-этических ценностей. - Перев.], о чем мы поговорим, когда вернемся в вопросу о выгодности внешней торговли.

Общественные кривые безразличия, таким образом, можно использовать лишь с осторожностью и, как мы увидим, не забывая, что в их основе лежат некоторые оценочные суждения, которые и без самого этого аппарата могли привести к тем же политическим решениям. И все же общественные кривые безразличия служат удобным средством исследования. Помимо всего прочего, они дают возможность построения кривых спроса и тем самым - определения цен и объемов. Сначала мы рассмотрим, как кривые безразличия применяются для описания условий, существующих до и после установления торговых отношений, а затем - как с их помощью построить кривые спроса.

ПРОИЗВОДСТВО И ПОТРЕБЛЕНИЕ ВМЕСТЕ В ОТСУТСТВИЕ ТОРГОВЛИ

На рис. 6 общественные кривые безразличия дают обобщенное представление о предпочтениях в экономике страны, не торгующей с остальным миром. В этом примере США должны находиться на самообеспечении и найти такое сочетание внутреннего производства пшеницы и сукна, которое максимизировало бы материальное благосостояние общества. Из всех точек на кривой производственных возможностей лишь S0 достигает кривой безразличия I1. В таких точках, как S1, достигаются лишь кривые более низкого порядка вроде I0. В точке S1 либо потребители, либо производители, либо и те и другие вместе обнаружат, что существующий уровень цен позволяет им улучшить свое положение, перемещаясь в направлении к точке S0. Если соотношение цен в этот момент выражается касательной к кривой производственных возможностей в точке S1, потребители обнаружат, что сукно при этом столь дешево, что им лучше закупать его в количестве, превышающем 20 млрд. ярдов, а пшеницы покупать меньше чем 80 млрд. бушелей. Сдвиг в спросе заставит производителей приспосабливаться и перебросить больше ресурсов из производства пшеницы в производство сукна. Эта тенденция к перемещению по кривой производственных возможностей сохранится до тех пор, пока производство и потребление в экономике не

16

установятся в точке S0. В условиях возрастающих издержек может существовать одна, и только одна, такая

оптимальная точка. Если кривая производственных возможностей только одна, то кривых безразличия можно провести бесчисленное множество, в соответствии с бесконечно малыми изменениями в реальном доходе. Если эти кривые не пересекаются, а именно это мы и предполагаем, любая кривая производственных возможностей имеет единственную точку касания с семейством кривых безразличия. В точке равновесия S0 соотношение цен таково, что и производители, и потребители находятся в состоянии равновесия.6

ПОСЛЕ УСТАНОВЛЕНИЯ ТОРГОВЫХ ОТНОШЕНИЙ Общественные кривые безразличия дают также возможность показать, как заданная

система предпочтений взаимодействует с известными производственными возможностями, определяя результат установления торговых отношений. На рис. 7а представлено, как оптимизационный процесс позволяет нации выйти на кривую безразличия более высокого уровня, торгуя с другими странами. Внешняя торговля перемещает как США, так и остальной мир на кривые безразличия более высокого уровня в точках С1 которые определяются существующими предпочтениями, а также условием, что обе стороны придут к соглашению относительно содержания торговых сделок. США не могут через внешнюю торговлю выйти на любую более высокую точку в потреблении: существует только одна такая точка, С1, где размеры американского импорта сукна и экспорта пшеницы при данной цене совпадают с намерениями остального мира в отношении торговли. Чтобы убедиться в этом, представим себе еще более пологую линию цены (т.е. более дешевое сукно), чем при одном бушеле за ярд. При такой цене США смогли бы выйти на еще более высокую кривую безразличия (на рисунке она не показана), увеличив производство пшеницы вверх и влево от точки S1 и вывозя ее в огромных количествах, чтобы выйти на уровень потребления, превышающий С1. Хитрость, однако, заключается в том, что остальной мир вовсе не расположен торговать в таком объеме по столь низкой цене. Это хорошо видно, если найти точку касания новой линии цены и кривых производственных возможностей и безразличия для остального мира на правой диаграмме рис. 7а. Она расположена вблизи S0, точки, где внешняя торговля отсутствует. В условиях, когда остальной мир почти ничего не собирается продавать по такой цене, Соединенным Штатам вскоре придется уступить требованиям рынка и привести торговлю в соответствие с желаниями обеих сторон. Единственной равновесной ценой будет 1 ярд = 1 бушель, как показано на рис. 7.

Можно также, объединив общественные кривые безразличия с кривыми производственных возможностей, получить кривые спроса на сукно и пшеницу. Предполагается, что кривая спроса на сукно показывает, как объем спроса на сукно зависит от его цены. Чтобы получить кривую спроса на сукно в США, обратимся сначала к ценовым соотношениям на рис. 7а и выясним, сколько и при какой цене США будут производить и потреблять сукна. При 2 бушелях за ярд США могут и готовы потреблять 40 млрд. ярдов в год (в точке S0). При цене в 1 бушель за ярд США потребляли бы 60 млрд. ярдов (С1). Эти точки можно перенести на рис. 7б, где по вертикальной оси отложены цены на сукно. Точка S0 верхнего графика соответствует точке А на нижнем; точка C1 - точке В и т.д. То же самое можно сделать с графиками для остального мира. Таким образом, удобный аппарат спроса-предложения может (хотя и не обязательно должен) выводиться из общественных кривых безразличия и кривых производственных возможностей.

ВЫИГРЫШ ОТ ВНЕШНЕЙ ТОРГОВЛИ Все те методы, какими мы пользовались для определения воздействия

международной торговли на цены и объемы, можно применять и для анализа выгодности внешней торговли. Сопоставление общественных кривых безразличия на рис. 7а позволяет

17

непосредственно определить выигрыш обеих сторон. Можно утверждать, что и США, и остальной мир получают именно столько, сколько дает переход от кривой безразличия I1 к I2. Само по себе это дает немного, так как общественная полезность не поддается количественной оценке. Опираясь только на кривые безразличия, можно сделать лишь качественный вывод, выигрывает или теряет страна в результате внешней торговли, но никак не оценить размеры этого выигрыша или ущерба.

Еще один недостаток использования кривых безразличия для определения выигрыша от внешней торговли заключается в том, что они показывают совокупный эффект для благосостояния всей нации. Как мы уже отмечали, это упрощение скрывает то немаловажное обстоятельство, что установление торговых отношений, принося выгоду одним группам населения, противоречит интересам других. Даже самый беглый взгляд в историю обнаруживает, что всегда находились группы, выступавшие против либерализации внешней торговли из опасения, что конкуренция со стороны импорта лишит их доходов и рабочих мест. Так что любая теория о выгодности внешней торговли должна как минимум содержать способ количественной оценки ущерба для тех, кто конкурирует с импортом, чтобы сопоставлять ее с последствиями либерализации торговли для остальных.

Аппарат кривых спроса-предложения позволяет отдельно рассмотреть воздействие либерализации торговли на производителей товаров, конкурирующих с импортом, и на тех, кто только потребляет импортируемые товары. Конечно, на практике масса людей принадлежит к обеим группам. Американские производители сукна и сами потребляют сукно, а иностранцы, производящие конкурирующую с американским экспортом пшеницу, также используют какое-то ее количество на собственные нужды. Тем не менее такая вещь, как специализация населения по отраслям, существует, и, рассматривая группы производителей и потребителей как независимые, мы не рискуем упустить что-то в результате неверных исходных посылок.

Рис. 8 показывает, что дает внешняя торговля американским производителям и потребителям сукна по отдельности. Чтобы разобраться в этих результатах, следует вспомнить, как с помощью кривых спроса и предложения измеряются (частные) предельные выгоды и издержки.

ИНТЕРЕСЫ ПОТРЕБИТЕЛЕЙ Обратимся сначала к потребителям сукна. Напомним, что кривая их спроса на сукно

устанавливает соответствие между годовым объемом закупок и максимальной суммой (количеством пшеницы), которой кто-то в стране готов пожертвовать, чтобы получать добавочный ярд сукна ежегодно. В точке А, где ежегодно закупается 40 млрд. ярдов, кривая спроса показывает нам, что найдется кто-нибудь, согласный за 2 бушеля пшеницы приобрести еще 1 ярд сукна. Этот человек ни в коем случае не согласится заплатить больше, а при более высокой цене и те, кто купил первые 40 млрд. ярдов, сочтут, что добавочное сукно того не стоит и без него можно обойтись, и не будут его больше покупать. Таким образом, кривая спроса, если взглянуть на нее с точки зрения поведения потребителей, является кривой частной предельной выгоды: на вертикальной оси нанесены размеры предельной выгоды от добавочного ярда сукна, а на горизонтальной - объемы его закупок (см. рис. 8). Следовательно, площадь под кривой спроса до вертикали, отмечающей объем потребления, измеряет, как расценивают потребители саму возможность приобретения сукна.

Разумеется, задаром сукна на рынке не получить. Покупатели должны платить за сукно рыночную цену, теряя, таким образом, часть выгод, связанных с его приобретением. Однако цены таковы, что полностью выгода не исчезает, разве что при такой высокой цене, при какой никто и не станет покупать. В точке А в отсутствие международной торговли потребители должны ежегодно тратить 80 млрд. бушелей пшеницы, чтобы иметь свои 40

18

млрд. ярдов сукна. Это значит, что их чистый потребительский выигрыш от покупки сукна равняется не всей площади под кривой спроса, а за вычетом прямоугольника в 80 млрд. бушелей, отсекаемого линией цены, уплаченной за сукно. Таким образом, чистый выигрыш потребителей от покупки сукна в отсутствие международной торговли сводится лишь к треугольнику с. Эта область чистого выигрыша под кривой спроса, ограниченная снизу линией цены, называется дополнительной выгодой потребителя (consumer surplus). Ее площадь показывает, как расценивают потребители возможность покупать сукно по цене более низкой, чем некоторые из них были бы готовы заплатить.

Установление торговых отношений приносит чистый выигрыш потребителям сукна. Здравый смысл подсказывает, что это происходит в результате снижения цен. Понятие дополнительной выгоды для потребителей позволяет количественно оценить, что дает более выгодная цена потребителям сукна. В точке В потребители суммарно получают выгоды, представленные всей областью под кривой спроса вплоть до точки В, а их расходы на сукно составляют всего лишь область, лежащую под линией низкой цены 1 бушель за ярд, т.е. 60 млрд. бушелей пшеницы в год. Это означает, что в условиях свободной международной торговли дополнительная выгода потребителей складывается из областей а+b+с+d. Таким образом, установление торговых отношений приносит потребителям чистый выигрыш в размере а+b+d. Обратите внимание, что этот выигрыш приходится на множество людей, большинство которых производит пшеницу, но есть и производители сукна.

ИНТЕРЕСЫ ПРОИЗВОДИТЕЛЕЙ Совсем иной результат дает установление торговых отношений для производителей

сукна. Чтобы разобраться в этом, вернемся к кривым предложения и вспомним, что они показывают величину (частных) вмененных издержек замещения производства и продажи дополнительного ярда сукна. В отсутствие торговли в точке А производится 40 млрд. ярдов сукна в год, и кривая предложения говорит, что для изготовления дополнительно одного ярда в год потребовалось бы для высвобождения необходимых ресурсов отказаться от производства 2 бушелей пшеницы (на вертикальной оси). То, что справедливо в отношении дополнительного ярда при годовом объеме выпуска в 40 млрд. ярдов, сохраняет силу и по отношению ко всему ранее произведенному сукну: просуммировав все высоты вдоль кривой предложения, чтобы получить суммарную площадь области под кривой предложения между 0 и 40 млрд. ярдов, мы получим общие издержки замещения для всего выпускаемого сукна.

В отсутствие внешней торговли, продавая сукно в точке А, производители получают выручку, равную произведению количества сукна на его цену, т.е. 2 бушеля за ярд x 40 млрд. ярдов = 80 млрд. бушелей в год. Оплатив из этой выручки все издержки (площадь под кривой предложения), они получают, в отсутствие торговли, в свое распоряжение область, лежащую вверх от кривой спроса до линии цены, т.е. а+е. Этот чистый выигрыш, разницу между выручкой и издержками производителей, часто называют дополнительной выгодой производителя (producer surplus). Его величина показывает, как расценивают производители возможность обменивать сукно на пшеницу.

Производители сукна одновременно являются потребителями как сукна, так и пшеницы, и их дополнительную выгоду следует приплюсовать к дополнительной выгоде потребителей, чтобы оценить результирующее воздействие рыночных изменений на обе группы.

В результате установления торговых отношений производители сукна получают более низкую цену за свою продукцию. Наша теория, согласно здравому смыслу, считает, что это ведет к сокращению дохода у какой-то части населения, производившего сукно к моменту начала торговли. Сокращение доходности производства сукна должно повлечь за собой отток ресурсов из его производства (и приток их в производство пшеницы). На рис. 8 в точке С производится меньше сукна, чем в точке А. Это происходит потому, что более

19

низкая цена делает неприбыльным производство добавочных ярдов сукна, если связанные с этим дополнительные издержки превышают бушель пшеницы за каждый ярд. Так что в условиях внешней торговли в точке С производители сукна вынуждены остановиться на меньшем объеме выпуска и продаж, а также меньших цене и предельных издержках замещения. Их дополнительная выгода сокращается до размеров одной только области е. Разрешение свободной международной торговли обошлось им в потерю области а, т.е. дополнительной выгоды не только от выпуска 20 млрд. ярдов по-прежнему производимого сукна, но и тех 20 млрд., что с выгодой производились в отсутствие торговли, а теперь вытеснены импортом.

ИНТЕРЕСЫ СТРАНЫ В ЦЕЛОМ Если потребители в результате установления торговых отношений получают области

а+b+d, а производители теряют а, что можно сказать о чистом выигрыше для США, где живут как потребители, так и производители сукна? Нам никак не уйти от того обстоятельства, что мы не можем сравнивать изменения в благосостоянии различных групп, не давая субъективной оценки значимости выгод или потерь каждой из них. Наш анализ позволяет отдельно измерить последствия внешней торговли для разных групп, но ничего не говорит о том, насколько каждая важна для нас. Например, из рис. 8 мы можем определить, что потребители сукна получают дополнительно 50 млрд. бушелей пшеницы в год (или эквивалент этого количества пшеницы в сукне по средним ценам), что складывается из суммарной площади областей а+b+d, образующих трапецию. Кроме того, мы можем сказать, что с утратой области а производители сукна теряют 30 млрд. бушелей пшеницы. И все же какая (в нашем представлении) часть выигрыша потребителей «съедается» этими 30 миллиардами потерь сукноделов? Ответ целиком зависит от наших оценочных суждений. Мы столкнулись с этой проблемой, когда ввели в анализ кривые предложения, и сейчас она вновь встала перед нами в контексте спроса-предложения.

Экономисты обычно разрешают этот вопрос, прибегнув к оценочному суждению, которое мы назовем критерием «равноценности денег» (one-dollar, one-vote yardstick). Согласно этому критерию, к каждому доллару выигрыша или убытка следует относиться одинаково, вне зависимости, чьи они. В основе этого критерия лежит стремление оценивать последствия внешней торговли с позиций только общего благосостояния, не учитывая распределительные аспекты. Это не значит, что они остаются без внимания. Просто считается, что вопросы распределения благосостояния проще решить, компенсируя ущерб потерпевшим или используя другие методы перераспределения доходов, лежащие вне области торговой политики, по отношению к тем группам населения (например, беднейшим слоям), благосостоянию которых мы придаем особое значение. Если подходить к распределению благосостояния с этих позиций, то решения в сфере торговли и торговой политики можно оценивать с точки зрения только совокупного выигрыша или убытка.

Вы не обязаны разделять это оценочное, суждение. Вы можете считать, например, что убытки производителей сукна значат для вас гораздо больше (доллар за доллар или бушель за бушель), чем выигрыш от международной торговли потребителей сукна. Например, вы можете так считать потому, что знаете, что сукно на самом деле производится нищими неквалифицированными рабочими, которые сутками напролет ткут и прядут в своих бедных домишках, а покупают сукно богачи-фермеры, выращивающие пшеницу. И вы понимаете, что никакими политическими средствами не удастся компенсировать убытки бедных сукноделов, причиненные им внешней торговлей. Если это так, можно заявить, что каждый бушель пшеницы, утраченный производителем сукна, для вас в 5 или 6 раз дороже каждого бушеля, полученного потребителем сукна. Встав на такую позицию, вы можете заявить, что установление торговых отношений с заграницей противоречит вашим

20

представлениям о национальных интересах. Но даже в этом случае анализ с помощью кривых спроса-предложения пригодится вам для количественной оценки изменения экономического положения в группах населения, интересы которых для вас неравнозначны.

Критерий «равноценности денег» дает четкую формулу для подсчета чистого выигрыша всей нации от внешней торговли. Будем пока пользоваться бушелями пшеницы в качестве меры того, что впоследствии станет «долларами» покупательной способности в отношении всех товаров и услуг, за исключением одного, о котором пойдет речь (в нашем случае - сукна). Очевидно, что если потребители сукна приобретают области а+b+d, а производители теряют о, то чистый выигрыш нации в результате установления торговых отношений составится из областей b + d, треугольника, площадь которого равна 20 млрд. бушелей в год { = 1/2 x [импорт (60 - 20) млрд. ярдов] x (2 -1 )бушеля за ярд}. Получается, что для количественной оценки чистого выигрыша нации требуется совсем не так много информации. Необходимо только рассчитать объем торговли (здесь он представлен импортом сукна) и изменение цены в результате внешней торговли. Располагая этими данными, можно вычислить площадь b+d на любой из диаграмм рис. 8.

ПОСЛЕДСТВИЯ УСТАНОВЛЕНИЯ ТОРГОВЫХ ОТНОШЕНИЙ ДЛЯ ОСТАЛЬНОГО МИРА

Тот же самый инструментарий можно использовать для демонстрации того, что чистый выигрыш остального мира равняется площади области f на рис. 8б, которая представляет собой разность между выигрышем иностранных производителей сукна (в результате продажи по более высокой мировой цене) и потерями иностранных потребителей сукна (в результате того же роста цен). Для получения количественной оценки чистого эффекта для остального мира достаточно знать объем торговли и изменение цен. Вне зависимости от того, рассматривается торговля сукном или пшеницей, результат будет один и тот же. Поскольку остальной мир получает дополнительно область f, а США - области b+d, из нашего анализа ясно следует, что международная торговля выгодна для всего мира.

Рис. 8б позволяет не только убедиться в том, что внешняя торговля выгодна для обеих сторон, но и увидеть, как эти выгоды распределяются между странами. Оказывается, что распределение выгод зависит только от того, чьи цены претерпели наибольшие изменения, поскольку объем внешней торговли у обеих сторон одинаков. В нашем примере США выигрывают больше (площадь b+d больше, чем f), поскольку в процентах к новому среднему уровню американские цены на сукно сократились больше, чем возросли иностранные цены. Так что для выяснения, как распределяются выгоды от внешней торговли, следует начать с исследования, чьи цены изменились в наибольшей степени. Внимательно изучив рис. 8, мы получим следующее правило распределения выгод:

Выгоды от внешней торговли распределяются прямо пропорционально изменениям цен у обеих сторон. Если соотношение цен в какой-то стране изменилось на x процентов (в процентах от цены свободной торговли), а в остальном мире - на у процентов, то

Выигрыш рассматриваемой страны — x Выигрыш остального мира — у

Больше выигрывает та сторона, для которой эластичность кривых торговли ниже.

На рис. 8б больший выигрыш пришелся на долю Соединенных Штатов. США, у которых цена упала на 100% по отношению к новой мировой цене (с 2 до 1), получили дополнительно 20 млрд. бушелей в год (области b+d); остальной мир, где цена выросла на 100/3 %по сравнению с ценой свободной торговли (от 2/3 до 1), получили 20/3 млрд. бушелей в год.

21

1Условия и основа внешней торговли. Очевидно, что воздействие международной торговли на производство, потребление

и благосостояние во многом определяется установившимся соотношением мировых цен. Поэтому экономисты уделяют такое внимание условиям торговли, или отношению экспортных цен рассматриваемой страны к ее импортным ценам. В нашем простом примере про сукно и пшеницу условиями торговли для США выступает цена пшеницы в ярдах сукна за бушель. Условия торговли показывают, какое количество сукна получают США за каждый проданный иностранцам бушель пшеницы. Соответственно условия торговли для остального мира равны относительной цене на их экспортную продукцию, сукно. До сих пор на наших рисунках мы фактически изображали условия торговли для остального мира в бушелях за ярд.

Если понятие «условия торговли» относится более чем к двум товарам, оно должно определяться как соотношение индексов экспортных и импортных цен. Для расчета условий торговли на реальной статистике сначала строится индекс экспортных цен (в единицах национальной или другой валюты) вида:

,

где - доля каждого (i-го) товара в суммарной стоимости экспорта в базисном году,

а - отношение текущей цены на этот товар к его цене в базисном году. Такой же индекс можно рассчитать для импортных цен. Пусть

,

где - доля каждого товара в суммарной стоимости импорта в базисном году, а определяется так же, как и раньше. Такие индексы экспортных и импортных цен регулярно рассчитываются правительственными органами и публикуются, например, Международным валютным фондом в ежемесячнике International financial Statistics. Таким образом, условия торговли равны отношению двух индексов:

.

Рост этого показателя обычно называют «улучшением» условий торговли. Подразумевается, что, если иностранцы каждую продаваемую им единицу экспорта оплачивают нам большим количеством импорта, мы якобы становимся богаче. Однако это не обязательно так. Сами по себе условия торговли не дают никакого представления ни об изменении благосостояния, ни о выгодности торговли, а движение этого показателя совпадает с изменением в том же направлении уровня благосостояния лишь при определенных обстоятельствах. Если условия торговли «улучшаются» в результате изменений у наших зарубежных партнеров, мы от этого действительно выигрываем. Если кривые внешнего спроса на наш экспорт и предложения импорта остальным миром сдвигаются вовне, мы действительно получаем больше выгод от внешней торговли и становимся богаче. Но предположим теперь, что условия торговли изменились в результате каких-то сдвигов в нашем поведении. Пусть США в нашем примере нашли гораздо более эффективный способ выращивания пшеницы и избыточное предложение американской пшеницы привело к снижению цен и «ухудшению» условий торговли. Отсюда отнюдь не следует, что США что-то теряют или торговля становится для них менее выгодной. Страна одновременно может получать выигрыш как от роста эффективности производства, так и от

22

увеличения объема экспорта пшеницы по более низкой цене. Таким образом, условия торговли дают важную информацию для оценки изменений в благосостоянии, но использовать ее следует только наряду с другими данными - об объемах торговли и причинах изменения цен.

РАЗЛИЧИЯ В ПРЕДПОЧТЕНИЯХ ПОТРЕБИТЕЛЕЙ КАК ОСНОВА ВНЕШНЕЙ ТОРГОВЛИ

Теперь, когда в исходную модель международной торговли включен спрос, легко убедиться, что основой для взаимовыгодной торговли могут послужить сами по себе различия в предпочтениях потребителей, даже при отсутствии у партнеров различий в производственных возможностях, т.е. различий в условиях предложения. Это можно показать с помощью как общественных кривых безразличия, так и кривых спроса и предложения.

Рассмотрим пример двух стран, каждая из которых с одинаковым успехом может производить как рис, так и пшеницу. У этих стран одинаковые кривые производственных возможностей, но разные вкусы в отношении круп и хлебобулочных изделий. В отсутствие международной торговли предпочтение хлеба в первой стране через взаимодействие спроса и предложения обусловливает более высокую цену на пшеницу, чем во второй стране, населенной любителями риса. Установление торговых отношений делает выгодным вывоз пшеницы в страну любителей хлеба в обмен на рис. Когда в результате международной торговли установится новое равновесное соотношение цен, производители в обеих странах изменят объемы выпуска таким образом, что их предельные издержки сравняются с этой международной ценой. Поскольку предполагается, что кривые производственных возможностей для этих стран совпадают, то производство у них сместилось бы на графике в одну и ту же точку. Страна, предпочитающая хлеб, удовлетворит свое пристрастие к пшеничным булкам, импортируя пшеницу и выйдя на кривую безразличия более высокого уровня. Те же самые внешнеторговые сделки позволят любителям риса достичь большего удовлетворения. В том случае, когда различаются не условия предложения, а вкусы потребителей, внешняя торговля приведет к росту «специализации» потребления и снижению производства. Те же самые выводы можно получить с помощью кривых спроса и предложения, если придать обеим странам одинаковые кривые предложения, но разные кривые спроса.

УВЕЛИЧИМ ЧИСЛО СТРАН И ТОВАРОВ В этой главе анализ международной торговли мы ограничили двумя странами и

двумя товарами. Однако с помощью некоторых методов модель «2 х 2» можно расширить до моделей большей размерности.

Например, при пяти товарах, производимых в каждой из двух стран, эти товары можно упорядочить по сравнительному преимуществу (вне зависимости от спроса) в каждой стране. Вначале можно утверждать только, что страна будет экспортировать товар, в производстве которого она располагает наибольшим преимуществом, и импортировать тот, условия производства которого максимально неблагоприятны. Будет ли она экспортировать или импортировать три остальных товара, будет зависеть от состояния ее торгового баланса. Если спрос на импортируемый товар (с неблагоприятными условиями производства) окажется очень большим, не исключено, что для выравнивания торговых расчетов этой стране придется экспортировать все четыре остальных товара, если на них будет спрос на внешнем рынке.

В большинстве случаев целям исследования вполне удовлетворяет объединение всех, кроме одной, стран в «остальной мир». Однако иногда это помогает не столько выделить какие-то проблемы, сколько затушевать их.

ВЫВОДЫ

23

Определить основные последствия международной торговли можно только после того, как к информации о свойствах предложения мы добавим информацию о предпочтениях потребителей и характеристиках спроса. Необходимость учета предпочтений населения можно показать, во-первых, через общественные кривые безразличия, во-вторых, через кривые спроса, которые можно (но не обязательно) строить на основе общественных кривых безразличия.

Установление торговых отношений в целом выгодно для обеих сторон. Общественные кривые безразличия показывают, как внешняя торговля позволяет каждой из сторон достичь более высокого уровня удовлетворения потребностей. Используя кривые спроса и предложения, можно не только получить такой же результат, но и дать ему количественную оценку, измерив последствия внешней торговли отдельно для потребителей импортируемого товара и для его местных производителей. Эти изменения в благосостоянии оцениваются при помощи понятий дополнительной выгоды потребителей и производителей, с той оговоркой, что эти выгоды нельзя целиком отнести к какой-то определенной группе людей. Оказывается, что выгоды потребителей импортируемого товара намного превосходят потери производителей, конкурирующих с импортом продукции. Если расценивать каждый доллар выигрыша и убытков одинаково, вне зависимости от того, на чью долю они пришлись, то совокупный чистый выигрыш нации от внешней торговли представляет собой простую функцию объема торговли и обусловленного ею изменения цен.

Хотя международная торговля и является выгодной для обеих сторон, выгоды от нее распределяются между странами не равномерно, а в зависимости от того, где цены изменились в большей степени. Больше получает та страна, у которой больше изменились условия торговли (отношение экспортных цен к импортным).

Различия во вкусах населения сами по себе могут служить основой взаимовыгодной торговли. Если какая-то страна отличается от остальных только структурой предпочтений потребителей, а производственные возможности у нее те же самые, внешняя торговля повлечет за собой некоторую международную специализацию в потреблении, а не в производстве.

1Внешняя торговля и распределение доходов Вопрос о либерализации торговли порождал и всегда будет порождать

ожесточенные споры, суть которых невозможно понять, если рассматривать последствия торговли только с точки зрения того, что она дает нации в целом. Раз выигрыш от установления торговых отношений настолько очевиден, почему у политики свободной торговли так много противников? Ответ, как выяснится, вовсе не в том, что общественное мнение не подозревает, что дает внешняя торговля. Обычно в любой стране внешняя торговля непосредственно затрагивает интересы многих групп населения, и многие противники либерализации торговых отношений, пожалуй, как раз очень хорошо представляют себе ее последствия. Чтобы теория международной торговли превратилась в действенный инструмент принятия решений, нам необходимо выяснить, чьи же интересы ущемляются в результате проведения политики свободной торговли.

КАК ВНЕШНЯЯ ТОРГОВЛЯ ВЛИЯЕТ НА РАСПРЕДЕЛЕНИЕ ДОХОДОВ В РАМКАХ ТЕОРИИ ХЕКШЕРА - ОЛИНА

К числу несомненных достоинств теории Хекшера - Олина (X - О) следует отнести реалистическое описание воздействия внешней торговли на распределение дохода между группами населения, представляющими различные факторы производства, например землевладельцами, собственниками капитала, менеджерами, специалистами, фермерами и неквалифицированными рабочими. Теория Х - О согласуется с фактами в главном: международная торговля, как правило, делит общество на тех, кто в результате выигрывает,

24

и тех, кто теряет, поскольку изменения относительных цен на товары зачастую приводят к росту вознаграждения одних факторов производства за счет других.. Чтобы посмотреть, как это получается, нам придется вернуться к примеру «2х2х2» (пшеница и сукно, труд и земля, США и остальной мир) и проследить всю цепочку взаимодействий.

ВЛИЯНИЕ ВНЕШНЕЙ ТОРГОВЛИ НА ЦЕНЫ И ОБЪЕМ ВЫПУСКА Движение по пути либерализации торговли ведет ко все большему сближению

уровней цен в торгующих странах. Само по себе сохранение различий в ценах (с учетом транспортных издержек) как раз и заставляет торговцев действовать таким образом, чтобы оно исчезло. Так что если в США, где много пахотных земель, дешевая пшеница, а в остальном мире полно рабочей силы и дешевое сукно, можно, используя разницу цен, извлекать прибыль, экспортируя американскую пшеницу в обмен на сукно. Объем внешней торговли будет расширяться до тех пор, пока не исчезнет разница в ценах. В США пшеница подорожает, а в остальном мире подешевеет (относительно сукна). На новые цены отреагируют и производители.

ИЗМЕНЕНИЕ СПРОСА НА ФАКТОРЫ ПРОИЗВОДСТВА Изменение структуры выпуска означает изменение структуры спроса на факторы

производства. Растущим секторам (здесь - производство пшеницы в США и сукна в остальном мире) понадобятся дополнительно и труд, и земля. Сектора, где объем производства сокращается, будут высвобождать рабочих и арендовать меньше земли.

Кратковременные и долговременные последствия изменений в спросе на факторы производства весьма различны.

В краткосрочном плане, пока рабочие, земельные участки и другие производственные ресурсы все еще заняты в прежних производственных процессах, рынки факторов производства выведены из равновесия. Те, кто может предложить факторы, пользующиеся повышенным спросом, выигрывают. Американские землевладельцы в областях возделывания пшеницы могут назначать более высокую арендную плату, поскольку высок спрос на землю. Американские сельскохозяйственные рабочие в этих областях могут (некоторое время) получить более высокие заработки. За рубежом рабочие, занятые в производстве сукна, также могут потребовать - и получить - прибавку к зарплате. Кроме того, в остальном мире могут поднять арендную плату землевладельцы, чьи земли так или иначе используются в производстве сырья для суконной промышленности, например как пастбища для овец. В то же время в результате безработицы, недоиспользования и снижения цен на услуги факторов падают доходы владельцев факторов в отраслях, сокращающих объем производства, - американских рабочих и владельцев пастбищной земли, иностранных владельцев пахотных земель и хлеборобов.

Таким образом, в краткосрочном плане выигрыши и убытки определяются принадлежностью к тому или иному сектору: выигрывают все, кто связан с растущими секторами, несут убытки те, кто связан с секторами, где объем производства сокращается. Было бы логично, если бы предприниматели, землевладельцы и рабочие в секторах, переживающих упадок, объединились и выступили с протестом.

РЕАКЦИЯ ЦЕН НА ФАКТОРЫ ПРОИЗВОДСТВА В ДОЛГОСРОЧНОМ ПЛАНЕ Однако в конце концов владельцы одинаковых факторов производства приноровятся

к изменившейся ситуации. Некоторые американские рабочие-суконщики перейдут на более высокооплачиваемую работу в сельском хозяйстве, что поведет там к снижению ставок заработной платы и росту их в суконной промышленности. Часть пастбищ будут обращена в пахотные земли, так что арендная плата в различных районах страны снова сравняется. Точно так же за рубежом сельскохозяйственные рабочие и землевладельцы обратятся к суконной промышленности, где доходы выше, и в результате оплата услуг факторов здесь снизится, а в производстве пшеницы - возрастет.

25

Если факторы производства отвечают перемещением в сектора, где плата за них выше, вернутся ли все ставки заработной и арендной платы к прежнему, существовавшему до начала торговли уровню? Нет, не вернутся. В конце концов ставки заработной платы всех американских рабочих, где бы они ни работали, снизятся по сравнению с прежним уровнем, а ставки всех рабочих в остальном мире - возрастут; в то же время арендная плата повсеместно увеличится в США и снизится в остальном мире.

Этот важнейший итог проистекает из неравномерности изменений спроса на факторы производства. Производство пшеницы требует больше земли и менее трудоемко, чем производство сукна. Следовательно, объем факторов, необходимый для расширения выпуска в растущем секторе, никак не может соответствовать тому, что высвобождается в другом секторе, пока не произойдет корректировка цен. В США, например, растущее производство пшеницы порождает спрос на большое количество земли и на совсем небольшое количество рабочей силы, тогда как сокращение выпуска сукна ведет к высокой безработице и очень небольшому высвобождению земли.

Чем-то приходится поступиться. Существует только один способ привести масштабы использования рабочей силы и земли в соответствие с их предложением на национальном рынке: изменение цен на факторы производства. Специализация на пшенице, требующей относительно больше земли и меньше трудовых затрат, повсеместно в США ведет к повышению арендной и снижению заработной платы. Рост арендной платы и сокращение оплаты труда будут продолжаться до тех пор, пока производители не найдут новых способов производства пшеницы и сукна - более экономных в отношении земли и более трудоемких. Когда это произойдет, рост арендной платы и падение заработной платы постепенно прекратятся. Тем не менее в США арендная плата останется выше, а заработная плата - ниже, чем до установления торговых отношений. Аналогичные рассуждения показывают, что в остальном мире итог будет противоположным: рост заработной платы и снижение арендной платы.

Таким образом, в обеих странах внешняя торговля ведет к абсолютному обогащению одних и абсолютному ухудшению положения других.

ТЕОРЕМА СТОЛПЕРА - САМУЭЛЬСОНА Вольфганг Ф. Столпер и Пол Самуэльсон доказали, что при определенных

предпосылках внешняя торговля действительно делит общество на тех, кто в результате остается в чистом выигрыше, и тех, кто песет потери.

Предпосылки: страна производит два товара (например, пшеницу и сукно), используя два фактора производства (например, землю и труд); ни один из товаров не используется для производства другого; существует абсолютная конкуренция; предложение факторов задано; для производства одного из товаров (пшеница) интенсивно используется земля, а второй (сукно) является трудоемким как в условиях внешней торговли, так и без ее; оба фактора могут перемещаться между секторами (но не между странами); установление торговых отношений приводит к росту относительной цены на пшеницу.

Теорема Столпера—Самуэльсона: при перечисленных выше предпосылках установление торговых отношений и свободная торговля неизбежно ведут к росту вознаграждения фактора, интенсивно используемого в производстве товара, цена на который растет (земля), и снижению вознаграждения фактора, интенсивно используемого в производстве товара, цена на который падает (труд), вне зависимости от того, какова структура потребления этих товаров владельцами факторов производства.

Заслуга Столпера и Самуэльсона не только в том, что они строго, а не при помощи отдельных примеров доказали это следствие, но и в том, что они показали: результат нисколько не зависит от того, какие товары приобретаются для личного потребления семьями землевладельцев и рабочих. Этот вывод противоречил интуитивному представлению многих экономистов, что если бы рабочие тратили значительную часть своих