Молодежь как общественная группа - конспект - Социология, Рефераты из Социология
Bayan80
Bayan8013 июня 2013 г.

Молодежь как общественная группа - конспект - Социология, Рефераты из Социология

PDF (295 KB)
42 страница
748Количество просмотров
Описание
Surgut State University. Лекции по социологии. Молодежь как общественная группа. Справка из энциклопедии. Возрастная стратификация. Молодежь – это не столько специфическая социальная или демографическая группа общества, ...
20баллов
Количество баллов, необходимое для скачивания
этого документа
Скачать документ
Предварительный просмотр3 страница / 42
Это только предварительный просмотр
3 страница на 42 страницах
Скачать документ
Это только предварительный просмотр
3 страница на 42 страницах
Скачать документ
Это только предварительный просмотр
3 страница на 42 страницах
Скачать документ
Это только предварительный просмотр
3 страница на 42 страницах
Скачать документ
???????? ??? ???????????? ??????

1

Молодежь как общественная группа. Справка из энциклопедии. Возрастная стратификация.

Молодежь – это не столько специфическая социальная или демографическая группа общества, сколько находящаяся в становлении особая его часть, положение которой детерминировано социально-экономическим состоянием общества. Специфика заключается, прежде всего, в том, что молодежь в социальном и возрастном положении находится в переходном состоянии. Эта переходность определяет:  Необходимость изучения проблем молодежи как части всего общества;  Необходимость дифференцировать молодежь как слой по целому ряду

признаков, основные из которых – возраст, пол, вид занятий и деятельности, социально-экономическое положение и т.д.

Каждый знает, что юность – определенный этап созревания и развития человека, лежащий между детством и взрослостью. Но каковы хронологические границы и содержательные признаки этого периода? Переход от детства к взрослости обычно подразделяется на два этапа: подростковый возраст (отрочество) и юность (ранняя и поздняя). Однако хронологические границы этих возрастов часто определяются совершенно по-разному, например, в отечественной психиатрии возраст от 14 до 18 лет называют подростковым, в психологии же 16-18 летних считают юношами.

Возрастная терминология никогда не была однозначной. В «Толковом словаре» В.Даля юноша определяется как «молодой, малый, парень от 15 до 20 лет и более», а подросток – как «дитя на подросте», около 14-15 лет. Л.Н.Толстой хронологической гранью между отрочеством и юностью считает 15–летие. В то же время герою романа Ф.М.Достоевского «Подросток» уже исполнилось 20 лет. В древнерусском языке слово «отрок» обозначало и дитя, и подростка, и юношу. Та же нечеткость граней характерна для классической и средневековой латыни.

Важная деталь: возрастные категории во многих, если не во всех языках первоначально обозначали не столько хронологический возраст человека, сколько его общественное положение, социальный статус. Древнерусское «отрок» (букв. – не имеющий права говорить) означало: раб, слуга, работник, княжеский воин.

Связь возрастных категорий с социальным статусом сохраняется и в современных языках. Умаление возрастного статуса человека, обращение к нему как к младшему («молодой человек», «парень» и т.п.) нередко содержит в себе оттенок пренебрежения или снисходительности.

Это проявляется и в периодизации жизненного пути. Представления о свойствах и возможностях индивидов каждого возраста тесно связаны с существующей в обществе возрастной стратификацией. Хронологический возраст, а точнее – предполагаемый им уровень развития индивида, прямо или косвенно отражает его общественное положение, характер деятельности, диапазон социальных ролей и т.п. половозрастное разделение труда во многом определяет социальное положение, самосознание и уровень притязаний членов соответствующей возрастной группы.

Возраст служит критерием знания или оставления тех или иных социальных ролей, причем эта связь может быть как прямой, так и

2

опосредованной (например, временем, необходимым для получения образования, без которого нельзя занять определенное общественное положение). В одних случаях критерии являются нормативно-юридическими (школьный возраст, гражданское совершеннолетие), в других – фактическими (например, средний возраст вступления в брак), причем степень определенности возрастных критериев и границ в разных обществах и разных сферах деятельности весьма изменчива.

Возрастная стратификация включает также систему связанных с возрастом социально-психологических ожиданий и санкций (сравните представления – не всегда осознанные – о «нормальном поведении» и степени ответственности подростка и взрослого, молодого рабочего и ветерана).

Слово юность обозначает фазу перехода от зависимого детства к самостоятельной и ответственной взрослости, что предполагает, с одной стороны, завершение физического, в частности полового, созревания, а с другой – достижение социальной зрелости. Но в разных обществах это происходит по-разному.

В первобытных обществах, с их сравнительно простой и стабильной социальной структурой индивид относительно легко усваивал социальные роли и трудовые навыки, необходимые взрослому человеку. Низкая продолжительность жизни не позволяла обществу особенно затягивать «подготовительный период». Детство кончалось рано, воспитание и обучение имели преимущественно практический характер: дети обучались, участвуя, в посильной для них форме, в трудовой и прочей деятельности взрослых. У многих народов Сибири дети уже к 10-12 годам владели техникой обиходных работ – стрельбой, греблей, рыболовством, становясь практически равноправными работниками.

В дальнейшем критерии социального созревания усложняются, становятся более многомерными.

В средние века передача накопленного старшими опыта осуществлялась в основном путем непосредственного практического включения ребенка в деятельность взрослых. Ребенок выполнял подсобные функции в родительской семье или вне дома; обучение было органической частью труда и быта, а критерии зрелости имели сословный характер. В описании детства и отрочества средневековая мысль подчеркивает не столько задачу подготовки к будущей жизни, сколько момент социальной зависимости.

Буйный юношеский возраст не вызывал у старших умиления. Как говорит один из шекспировских персонажей «лучше бы люди, когда им исполнилось десять, но еще не стукнуло двадцать три, вовсе не имели возраста. Лучше бы юность проспала свои годы, потому, что нет у нее другой забавы, как делать бабам брюхо, оскорблять стариков, драться и красть».

Важнейшим критерием взрослости считалось создание собственной семьи, с чем ассоциировались самостоятельность и ответственность.

3

Новое время принесло важные социальные и психологические сдвиги. Физическое, в частности половое, созревание заметно ускорилось, заставляя «снижать» границы юношеского возраста. Напротив, усложнение общественно-трудовой деятельности, в которой должен был участвовать человек, повлекло за собой удлинение необходимых сроков обучения. Новые поколение молодежи значительно позже, чем их ровесники в прошлом, начинают самостоятельную трудовую жизнь, дольше сидят за партами разного размера. Отсюда – удлинение периода «ролевого моратория» (когда юноша «примеряет» различные взрослые роли, но еще не идентифицируется с ними окончательно) и изменение соответствующих социально-психологических стереотипов.

Удлинение юности имеет свои личные предпосылки: расширение сферы сознательного самоопределения и повышения его самостоятельности. В обществе патриархально-феодального типа жизненный путь индивида в своих основных чертах был предопределен наличной социальной структурой и традицией. В профессиональной сфере юноша, как правило, наследовал занятия своих родителей. Его социальные стремления ограничивались рамками сословной принадлежности. Невесту ему выбирали родители, часто задолго до его возмужания и независимо от его личных склонностей и симпатий. Вырваться из этой социальной скованности и даже осознать ее как таковую мог только человек выдающийся.

Развитие самостоятельности есть не что иное, как переход от системы внешнего управления к самоуправлению. Всякое управление требует сведений, информации об объекте управления. При самоуправлении это должна быть информация субъекта о самом себе. Уровень самосознания и степень сложности, интегрированности и устойчивости «образа» всегда тесно связаны с развитием интеллекта. В этом отношении ранняя юность также знаменует собой определенный рубеж.

Социальное самоопределение (все равно, идет ли речь о выборе профессии или мировоззренческом поиске) есть определение своего положения в мире. Оно направленно не внутрь личности, а вовне. Но ответ на вопросы, кем быть и что делать, подразумевает также определенную оценку себя и своих возможностей.

В новое время возможности индивидуального выбора – профессии, мужа (жены), образа жизни – значительно расширились. Психологические горизонты человека в век книгопечатания и массовых коммуникаций не ограничены рамками его непосредственного окружения. Большая свобода выбора способствует формированию самостоятельного социального характера и обеспечивает большее разнообразие индивидуальных вариаций. Но оборотная сторона этого – усложнение процесса самоопределения. Очень уж велик выбор возможных путей, и только практически, в ходе самой деятельности, выясняется, подходит она человеку или нет.

Рост социальной автономии молодежи от старших и индивидуального самоопределения, в противоположность пассивному приспособлению к существующим условиям, породил к середине 18 века

4

новый нормативный канон юности, представление о юности как об эпохе «второго рождения», «бури и натиска», воплощения «чистой субъективности». Знаменитый трактат Жан-Жака Руссо «Эмиль, или О воспитании» (1762), где было подробно развиты эти идеи, часто называют «открытием» или «изобретением» юности. Говоря словами Томаса Манна, «в один прекрасный день оказалось, что век, который изобрел женскую эмансипацию и стал ратовать за права ребенка, - весьма снисходительный век, - пожаловал и юность привилегией самостоятельности, а она уж, конечно, быстро с нею освоилась».

Однако свойства юности сразу же оказались проблематичными. Одни видят в юности «метафизический дар» первозданной естественности, «единственно правомерный мост между цивилизацией и природой», «предцивилизованное состояние», «доподлинно романтический возраст», призванный «подняться и сбросить оковы отжившей цивилизации, отважиться на то, на что у других не хватает жизненной отваги, а именно – вновь погрузиться в стихийное». Другие же считают свойства юности продуктом специфических условий и воспитания.

Социальное происхождение и классовое положение оказывают громадное влияние на жизненный путь индивида, начиная от темпов физического созревания и заканчивая содержанием мировоззрения. Нет, пожалуй, ни одного сколько - нибудь сложного личностного качества, которое не зависело бы от социально-классовых и средовых факторов: социальное происхождение, род занятий и уровень образования родителей; особенности социально-экологической среды, в частности тип населенного пункта (большой город, малый город, деревня); состав, структура и материальное положение семьи, его собственное социальное положение и вид занятий (школьник, учащийся ПТУ, учащийся техникума, студент ВУЗа и т.д.). Отсюда - необходимость изучения проблем юношеского возраста представителями разных наук: социологии, психологии, педагогики, криминологии, медицины, психиатрии и др.

К социально-экономическим различиям добавляются национальные, этнокультурные особенности.

Юношеский солипсизм (вся история начинается с нас!) и старческая уверенность в неизменности устоев бытия одинаково несостоятельны.

Сравнивать разные поколения трудно, в каждом поколении были, есть и будут разные люди. Кроме того, люди склонны абсолютизировать собственные привычки и вкусы, поэтому у части людей старшего возраста на первый план выступают внешние, второстепенные черты. Каждое поколение стоит на плечах предыдущего, не всегда осознавая эту преемственность.

Преемственность поколений необязательно идет по восходящей линии. Иногда она напоминает движение маятника. Анализируя историю буржуазной революционности в 19 веке, А.И.Герцен писал, что «дети выглядят порой старше своих «отцов» и «дедов». «Между стариком девяностых годов, фанатиком, фантастом, идеалистом, и сыном, который старше его осторожностью, благоразумием, разочарованием…и внуком…нарушено естественное отношение, нарушено равновесие,

5

искажена органическая преемственность поколений. На этом поколении окончательно останавливается и начинает свое отступление революционная эпоха: еще поколение – и нет больше порывов, все принимает обычный порядок, личность стирается, смена экземпляров едва заметна в продолжающемся жизненном обиходе».

Одна из кардинальных ошибок прошлого состояла в попытках выработать определенный набор качеств личности, который должен был соответствовать идеальной модели «молодых строителей коммунизма», однако, не заботясь о том, соответствуют ли эти модели реальности. Молодежь рассматривали нередко лишь в качестве объекта воспитания, а не активного субъекта социальной жизни. Теоретики от педагогики постоянно призывали «запрограммировать воспитательный процесс, установить четкие, стратегические ориентиры воспитания, расписать все ценности, на которых должна строиться деятельность в области воспитания».

Стоит ли удивляться, что именно подобные «рекомендации» завели школу в тупик. Воспитание послушания, единомыслия и единообразия не способствовало формированию социально зрелой личности.

Среди зарубежных исследований проблем молодежи большое внимание привлекают труды таких известных социологов, как Л.Розенмайер (Австрия), И.Велев, П.Митев, М.Семов (Болгария), В.Фридрих, К.Штарке, Х.Шельский, Р.Майер, И.Рихтер (Германия), З.Бекели (Венгрия), Э.Гидденс, Дж. Риордан, В.Кристофер (Великобритания), Р.Добсон, Н.Смелзер (США), В.Адамски, Р.Дыонизяк (Польша), В.Дубский (Чехия), Л.Махачек (Словакия), О.Бадина (Румыния), Й.Симхадри (Индия), Г.Кармен (Мексика) и др.

Среди советских и российских исследователей наиболее известны имена Н.М.Блинова, В.М.Боряза, С.И.Иконникова, И.М.Ильинского, В.Т.Лисовского, И.С.Кона, В.Ф.Левичевой, В.Г.Мордковича, Б.С.Павлова, В.Н.Шубкина, З.В.Сикевич, Н.С.Слепцова, М.Х.Титмы, В.И.Чупрова и др.

6

Молодежь в период реформирования российского общества. Профессиональное самоопределение молодежи.

Высокая скорость политических, экономических и социальных изме- нений в 90-е годы оказали (и оказывают) влияние на положение и развитие российской молодежи. Сегодня, очевидно, что в молодежной среде преобладают процессы дифференциации. Причем дифференцирующие факторы проявляются более зримо, чем интегрирующие. Это связано, прежде всего, с тем, что в условиях радикального преобразования российского общества происходят глубокие изменения его социальной стратификации, одной из особенностей которой является социальная поляризация, основанная на имущественном расслоении.

В социальной структуре появились новые группы: предпринимателей, банкиров, мелких торговцев и "челноков", новых русских и но вых бедных. Возникли новые тенденции в среде рабочих и крестьян, связанные с отношениями к той или иной форме собственности. Между слоями рабочего класса, крестьянства углубляются различия в дохо дах, экономических и политических интересах.

К каждой страте, социальной группе в большей или меньшей степени принадлежит молодежь. Именно поэтому фундаментальными критерия ми социальной дифференциации юношества выступают социальное про- исхождение и собственное социальное положение молодых людей. Обла дая социальными признаками разных общностей, они различаются по материальным возможностям, ценностным ориентациям, образу и стилю жизни. Анализ показывает, что важнейшей характеристикой современ ной российской молодежи является возросшее расслоение по социаль- но-экономическим показателям. Внутренняя дифференциация молодежи обуславливается не только социальными параметрами. Исследователи кроме стратификационного, выделяют такие типы дифференциации, как возрастной и субкультур ный. Среди молодежи возникает необходимость изучение специфики групповых отношений, особенности формирования потребностей и це лей, роли и места различных слоев юношества в становлении нового общества. Знание специфики - одно из важных условий разработки на учного подхода к решению молодежных проблем, проведению социальной и молодежной политики. Вместе с тем был и остается не менее актуальным ценностный под- ход к изучению всего многообразия общих связей и закономерностей молодого поколения, как органического субъекта развития общества. Именно такой подход отличает ряд крупных работ вышедших в 90-е го ды. В них молодежь рассматривается как социально-демократическая группа с характерными для нее социальными, возрастными, психологическими свойствами и социальными ценностями, которые обуславливают уровнем социально-экономического, культурного разви тия, особенностями социализации в российском обществе. Такой взгляд способствует более глубокому осмыслению молодежных проблем, дифференцированному подходу молодежи как внутренне неоднородной и

7

вместе с тем специфически особой общественной группе. Однако, справедливо отмечают уральские исследователи Вишневский Ю.Р., Шап ко В.Т., усиливающаяся дифференциация молодежи актуализирует проб лему выявления интегрирующих факторов, признаков и целостности. Среди факторов социологического определения "молодежь" исследователи устойчиво выделяют:  возрастные границы и социально-психологические особенности;  специфику социального статуса, социально-культурное поведение;  процесс социализации как единство социальной адаптации молодежи в

индивидуализации. Общий вывод исследователей НИЦ при ИМ, сделанный в 1993 году, остается в силе: "Каждое последующее поколение российской молодежи по основным показателям социального положения и развития хуже предыдущего". Это выражается, прежде всего:  в тенденции сокращения ко личества молодых людей, что ведет к

старению общества и, следова тельно, снижению роли молодежи как социального ресурса в целом. С 1987-1996 гг. в стране родилось шесть миллионов детей меньше, чем за предыдущие десять лет. Количество молодежи в возрасте до 16 лет уменьшилось на три миллиона человек. Демографическая ситуация осложняется новым в российской действительности - ростом убийств и самоубийств, в том числе среди молодежи;

 в тенденции ухудшения состояния здоровья детей и подростков. Растущее поколение менее здоровое физически и психи чески, чем предыдущее. В среднем по России лишь 10% выпускников школ могут считать себя абсолютно здоровыми, 45-50% из них имеют серьезные морфофункциональные отклонения;

 в тенденции расширения процесса десоциализации, мар гинализации молодежи. Увеличивается количество молодых людей, ведущих асоциальный, аморальный образ жизни. В силу различных при чин и в разной степени к ним относятся: инвалиды, алкоголики, бро дяги, "профессиональные нищие", лица отбывающие заключение в исп- равительно-трудовых учреждениях, которые стремятся быть социально полезными гражданами, но в силу общественных условий не могут ими стать. Происходит люмпенизация и криминализация молодежи;

 в тенденции снижения возможностей участия молодежи в экономическом развитии. Статистические данные свидетельствуют о том, что доля молодых людей в составе безработных остается высо кой. В 1994 году она составила - 35.5%, в 1997 году - 35%, от об щей численности безработных;

 в тенденции падения социальной ценности труда, престижа ряда важных для общества профессий. Рынок труда характеризует значительным переливом рабочей силы из

государственного в негосударственный сектор экономики. Переме щаясь в сферу на должности не требующие профессиональных знаний, молодые люди рискуют своим будущим благосостоянием, не обеспечивая накопления интеллектуальной собственности - профессионализма. При чем

8

данная сфера занятости характеризуется весьма высокой степенью криминализации.

Социологические исследования последних лет констатируют, что в трудовой мотивации приоритет отдается не содержательному труду, а труду, направленному на получение материальной выгоды. "Большая зарплата" - этот мотив оказался решающим при выборе места работы. Современная молодежь обладает такой чертой, которая показывает, что большая часть из нее желает иметь хороший доход, при этом не имея не профессии не желания работать. Это происходит в связи с тем, что у молодежи отсутствуют стимулы к труду. Однако работа — та основа, на которой строится у подавляющего большинства молодежи её сегодняшнее материальное благосостояние. Что же представляют собой молодые россияне как работники, и насколько оправдано их привилегированное положение на рынке труда?

Прежде всего, следует подчеркнуть, что молодежь обладает заметно более высоким уровнем образования, чем старшее поколение. И хотя почти каждый десятый молодой человек бросил институт, не закончив его, все же каждый третий из числа опрошенных имел законченное высшее образование.

Готовность к смене характера деятельности, которая является сегодня едва ли не главным фактором успешного трудоустройства в условиях структурной перестройки экономики, у молодежи очень высока. Только 51,2% молодежи работают по специальности, которую они получили в учебном заведении. Из остальных половина сменила специальность после опыта работы по своей основной профессии, а половина вообще никогда по ней не работала, сразу начав осваивать другую специальность.

Конечно, эти результаты можно интерпретировать как весьма плачевные в смысле разбазаривания квалификационного потенциала населения. Но, с другой стороны, в условиях, когда система образования оказывается не способна готовить специалистов в соответствии с запросами рынка труда, без готовности людей, прежде всего молодых, к смене специальности на индивидуальном уровне, реформы в сфере экономики оказались бы обречены на провал.

Падение “престижности” и “доходности” в общественном мнении молодежи ряда специальностей не означает падения престижности и доходности квалифицированного труда вообще, а означает лишь смену приоритетов в рамках специальностей квалифицированного и высококвалифицированного труда. Это хорошо видно на примере ответов молодежи на открытый вопрос о наиболее престижных и прибыльных профессиях (см. рис. 8 и 9).

Рисунок 1 Какие профессии считают в настоящее время наиболее престижными молодое и старшее поколения, в %

9

Рисунок 2 Какие профессии считают наиболее прибыльными сегодня молодое и старшее поколения, в %

Как видно, наиболее прибыльной молодые россияне считают профессию бизнесмена. Однако в рейтинге престижных профессий она заняла лишь четвертое место. Первые три принадлежали профессиям

10

высококвалифицированного умственного труда — юрист, финансист, экономист. Таким образом, хотя доходность и престижность профессий имеют значительную степень корреляции, но не только прибыльность профессии определяет степень её престижности. Не случайно профессии юриста или экономиста престижной считают вдвое больше тех, кто убежден в их прибыльности.

Обобщая, можно сказать, что молодежь считает наиболее престижными те профессии, которые обладают особой значимостью в условиях перехода к рыночной экономике. Как в 60-70 гг. наиболее престижными были профессии (от физика-ядерщика до космонавта), отражавшие приоритеты поддержания статуса СССР как великой державы и сохранения его позиций в гонке вооружений, так и сейчас молодежь в своих приоритетах вполне адекватно отражает запросы российского общества, только сами эти запросы изменились. Не случайно на первом месте среди всех вариантов ответа на вопрос о том, что помогает получить хорошую работу, молодежь поставила “наличие высокой квалификации, знаний”, что никак не может свидетельствовать о падении престижности знаний и квалификации.

В то же время престижность работы является отнюдь не главным при выборе молодыми россиянами места работы (см. рис.10).

Рисунок 3 Требования к работе, которая могла бы устроить представителей молодежи и старшего поколения, в %

11

Наряду с требованием хорошей оплаты, характерного и для старшего, и для молодого поколений, главным для “взрослых” и молодых россиян оказывается содержание работы, её “интересность”. Вообще следует заметить, что в отношении ряда основных требований к работе, как видно из полученных данных, позиции представителей поколений “отцов” и “детей” очень схожи, и можно говорить скорее о ярко выраженной преемственности трудовых ценностей, чем о меркантильности современной молодежи.

О том, что такой вывод носит достаточно обоснованный характер, говорит и анализ результатов выбора одного из двух основных требований к работе при ответе на альтернативный вопрос — либо интересная работа, либо высокий заработок. Среди молодежи интересную работу высокому заработку предпочли 59,0%, а среди старшего поколения — 53,0%. Как видим, и здесь показатели очень близки, но все же материальные факторы для молодежи чуть менее значимы, чем для представителей старшего поколения.

В то же время молодежь выгодно отличалась от поколения “отцов” наличием “достижительных мотиваций”, которые, согласно современной теории управления, резко повышают ценность работника даже при наличии у него той же квалификации, что и у остальных. Так, возможность профессионального роста важна для каждого четвертого молодого россиянина (и только для 16,3% представителей старшего поколения), возможность сделать быструю карьеру — для 11,2% молодежи (5,9% представителей старшего поколения). Люди старшего поколения больше ориентированы на удобство и комфортность работы, — хорошие условия труда и неутомительность работы для них заметно важнее, чем для молодежи.

Из остальных различий заслуживают внимания несколько большая значимость “полезности работы для общества” у старшего поколения и “престижности” работы у молодежи. Впрочем, и “полезность”, и “престижность работы” не относятся к лидирующей тройке ни у “детей”, ни у “отцов” (в ответе на этот вопрос допускался выбор трех характеристик работы).

Дополняют картину представлений молодежи о хорошей работе и трудовых мотивациях ответы на вопрос о том, что в первую очередь помогает её получить (см. таблицу 1, допускалось несколько ответов).

Таблица 1 Что помогает получить хорошую работу? Молодежь Старшее поколение 62,4 Наличие высокой квалификации, знаний 53,5 22,5 Готовность трудиться с полной отдачей 20,2 34,3 Инициативность, предприимчивость 30,2 23,4 Умение ладить с начальством 28,9 20,6 Д и с ц и п л и н и р о в а н н о с т ь ,

исполнительность, ответственность 20,9

28,1 Обладание специальностью 35,7

12

62,0 Связи и знакомства 63,0

На заметно большую в глазах молодежи роль квалификации для получения хорошей работы уже обращалось внимание выше. Но для молодых россиян более значимые и такие факторы, как инициативность и готовность трудиться с полной отдачей сил. Особенно наглядно это проявляется у той части молодежи, которая работает в частном секторе.

В то же время молодежь, так же, как и представители старшего поколения, понимает, что устроиться на хорошую работу без связей и знакомств (которые на современном рынке труда выполняют не столько роль “блата”, сколько функции, близкие к роли рекомендаций на рынке труда западных стран), даже при наличии у работника самых замечательных качеств, весьма проблематично. Словом, и в этом вопросе молодежь демонстрирует высокий уровень преемственности и близости к старшему поколению, а различия отражают несколько лучшее понимание ею требований, предъявляемых современным рынком труда к работникам.

Готовность ориентироваться на требования рынка труда отражается и в предпо чтениях молодежи по отношению к различным секторам экономики, заметно отличающимся от предпочтений поколения “отцов”. Основная часть молодежи ориентирована на работу в частном секторе экономики. При этом приоритет отдается инофирмам, частным российским предприятиям и занятиям предпринимательством. В государственном секторе экономики хотел бы работать лишь каждый шестой молодой россиянин. В основном это те, кто невольно ориентирован на работу в госсекторе в силу особенностей своей специальности. Так, склонны работать на государственных предприятиях почти половина (45,5%) имеющих ученую степень или обучающихся в аспирантуре (вузы, в основном государственные, равно как академические и отраслевые исследовательские институты). Однако и из этой категории работников, 36,3% хотели бы работать на частных предприятиях, в том числе 27,3% — на инофирмах.

Ориентиры старшего поколения существенно иные. Правда, 44,7% его представителей также хотели бы работать в частном секторе. При этом приоритет отдавался инофирмам, частным компаниям, предпринимательству. Но все же на первом месте для представителей старшего поколения — государственные предприятия.

Выгодно отличающие молодежь уровень квалификации, характер трудовых мотиваций, а также готовность учитывать требования рынка труда (согласие на переквалификацию, ориентация на работу в негосударственном секторе экономики, предъявляющем основной спрос на высокооплачиваемую рабочую силу, престижность наиболее “рыночных” профессий и т.п.) дополняются заметно большей распространенностью тех знаний, навыков и умений, которые высоко ценятся на современном рынке труда. Речь идет в первую очередь о навыках работы на компьютере, общения на иностранных языках, вождения автомобиля (см. рис. 12-14).

13

Обращает на себя внимание не только то, что среди молодежи вдвое больше тех, кто может работать на компьютере, и в полтора раза — имеющих навыки общения на иностранном языке, но и то, что она гораздо активнее приобретает эти навыки. Каждый четвертый молодой россиянин осваивает в настоящее время компьютер и учит иностранный язык, каждый седьмой — приобретает навыки вождения транспортных средств.

Стремление молодежи к активному освоению знаний, навыков и умений, необходимых для успешной конкуренции на рынке труда, проявилось и в ответах на вопрос о желании уехать за рубеж. Число желающих уехать за рубеж на стажировку или учебу среди молодежи достигает 27,7% и втрое больше, чем среди представителей старшего поколения, хотя численность тех, кто хотел бы поехать туда “на заработки” почти одинакова.

Рисунок 4 Владение иностранным языком у молодежи и старшего поколения, в %

Рисунок 5 Владение навыками работы на компьютере у молодежи и старшего поколения, в %

Рисунок 6 Владение навыками вождения автомобиля у молодежи и старшего поколения, в %

14

Как видим, молодежь, в целом как работники, отличается от старшего поколения в лучшую сторону, и объективные различия в их позиции на рынке труда находят соответствующее отражение в уровне их материального благосостояния. Не удивительно, что молодежь гораздо оптимистичнее оценивает для себя и последствия экономических реформ. Если среди молодежи каждый седьмой считает, что он выиграл от реформ, то среди старшего поколения так считают почти втрое меньше. Зато считающих, что они проиграли от реформ, среди поколения “отцов” вдвое больше, чем в поколении “детей”. В контексте представленных данных особый интерес приобретает вопрос о том, кто же из молодого поколения живет плохо и ожидает дальнейшего ухудшения своего положения, и чем эта группа отличается от своих благополучных сверстников?

С сожалением приходится констатировать, что формирование застойной бедности, как, впрочем, и закрытие каналов для вертикальной социальной мобильности молодежи, стало в России свершившимся фактом. Идет закрепление благополучного положения одних и ухудшение и без того плохого положения других. Достаточно сказать, что 57,0% тех молодых людей, кто оценивает свое положение как благополучное, смогли улучшить его за прошедший год, и 51,0% — ждут его дальнейшего улучшения в 1998 году. С другой стороны, у 44,5% тех, кто оценил свое положение как плохое, оно за последний год ухудшилось, и только 18,7% ждут его улучшения в новом году.

“Неблагополучная” молодежь по своему социальному происхождению концентрируется в основном в нижних статусных группах общества. Если у “благополучных” указали на то, что их отцу удалось добиться успеха в жизни 63,7%, а матери — 62,3%, то у “неблагополучных” соответствующие показатели составляли всего 36,5% и 40,1% соответственно. Относительно возможности перейти в более высокие по статусу группы шансы “благополучных” и “неблагополучных” также различны. Если среди “благо получных” (в массе своей выходцев из наиболее преуспевающих слоев общества) 60,1% рассчитывают добиться большего, чем их родители, то среди “неблагополучных” надеются добиться большего, чем их родители, только 44,3%. Таким образом, если среди “благополучных” доминирует ориентация на вертикальную мобильность и успешную реализацию довольно широкого спектра запросов,

15

то среди “неблагополучных” формируется не просто застойная бедность, но и неверие в свои возможности вырваться из “низов” общества.

Кто же входит в эти “низы”? Как ни странно, их представители не имеют ярко выраженной специфики ни по полу, ни по образованию, ни по их нынешней социально-профессиональной принадлежности (кроме предпринимателей, среди которых их удельный вес примерно вдвое меньше, чем среди других групп). Наиболее значимой из объективных характеристик является форма собственности предприятия, на котором работают респонденты. Так, среди проигравших от реформ половина — те, кто работают на государственных предприятиях. А среди выигравших — почти столько же работают на частных предприятиях. Работники акционерных предприятий занимают промежуточную позицию.

Та же тенденция характерна и для распределения на “благополучных” и “небла гополучных”. Более того, и в будущем “благополучные” в большей степени ориентированы на работу в частном секторе — 70,7%. При этом каждый четвертый “благополучный” склонен к занятиям предпринимательством. Среди “неблагополуч ных” хотели бы работать в частном секторе, включая инофирмы, только 56,9%, а к занятиям предпринимательством был склонен лишь каждый двадцатый. Приведенные данные позволяют предположить, что в основе различий между успешно адаптировавшейся к рыночной экономике частью молодежи, и теми, кто не сумел этого сделать — не столько сама работа в определенном секторе экономики, сколько те причины, условия, благодаря которым одни оказались в частном секторе, а другие остались в государственном, при том, что их уровень благосостояния очень низок.

Одним из этих условий выступает регион проживания. В Нижнем Новгороде, Твери, Владивостоке, Калининграде и других регионах с высокой интенсивностью развития частного сектора вообще и малого бизнеса в частности, положение молодежи заметно лучше, так как широкий рынок труда предоставляет возможность найти подходящую работу. Например, в Твери число “благополучных” и “неблагополучных” оказалось практически одинаково — 15,2% и 15,9% соответственно (остальные считали свое положение “удовлетворительным”), а в Нижнем Новгороде на 21,8% “благопо лучных” приходилось 30,3% “неблагополучных” при соотношении 11,3% и 29,8% по массиву в целом.

В Кемерово, Новгороде и других регионах с относительно низкими темпами рыночных реформ и узким рынком труда положение молодежи довольно тяжелое. Так, в Кемерово охарактеризовали свое материальное положение как “благополучное” только 1,4% молодых россиян, а как “плохое” — 37,2%. В Новгороде на 4,9% “благопо лучных” приходилось 50,7% “неблагополучных”.

Особая ситуация в Санкт-Петербурге и, особенно, в Москве, где рынок труда достаточно широк, но самооценка молодежью своего положения заметно хуже, чем, например, в Твери. Очевидно, в силу сильной социальной дифференциации населения в обеих столицах и высоких стандартов жизни части населения, уровень запросов столичной

16

молодежи выше, чем в других регионах. Поэтому, хотя число “неблаго- получных” здесь соответствует средним показателям по всему массиву опрошенных, число “благополучных” относительно невелико — 11,8% в Санкт-Петербурге и 6,4% в Москве.

С состоянием рынка труда связана и такая важнейшая объективная характеристика, отличающая благополучные группы от неблагополучных, как наличие вторичной занятости. Постоянную вторичную занятость имеют 23,3% “благополучных” молодых россиян и только 14,9% “неблагополучных”, хотя, казалось бы, именно для них вторичная занятость особенно необходима. Влияние состояния рынка труда здесь проявляется, прежде всего, опять-таки через региональные факторы — в Москве постоянную вторичную занятость имеет каждый третий представитель молодежи, а в большинстве других регионов — лишь каждый седьмой. Примерно та же картина характерна и для эпизодической вторичной занятости.

Наконец, наряду с макрофакторами (развитие частного сектора, состояние рынка труда) на положение молодежи влияют и микрофакторы, связанные с современными навыками и умениями молодого человека, которые ставят его в более или менее выигрышное положение на местном рынке труда. Среди них — хорошее образование, владение иностранным языком, умение работать на компьютере.

Как показывают данные, “благополучная” молодежь не только в большей степени владеет различными навыками, повышающими её ценность как работников, но и активнее приобретает эти навыки (см. рис. 15).

Рисунок 7

Владение иностранным языком у “благополучной” и “неблагополучной” молодежи, в %

17

Ценностные ориентации молодежи Переходя к вопросу о ценностных ориентациях, к их

межпоколенческому сопоставлению, следует сразу подчеркнуть выявленную преемственность ценностных систем поколений “отцов” и “детей”. Хотя, разумеется, в них существуют и определенные различия, вытекающие из характера нынешних социально-экономических условий. В качестве подтверждения этого тезиса сошлемся, прежде всего, на данные таблицы 5, которые весьма красноречиво отражают выбор альтернативных ценностных суждений представителями молодежи и старшего поколения. Таблица 2 Ценностные ориентации молодежи и старшего поколения, в % Молодое поколени е

С т а р ш е е поколение

64,9 Мое материальное положение в настоящем и будущем зависит, прежде всего, от меня 40,5

35,1 От меня мало что зависит — важно, какая экономическая ситуация будет в стране 59,5

49,4 Для достижения успеха в жизни надо рисковать, это дает шанс

37,3

50,6 В жизни лучше не рисковать, а постепенно, но зато надежно строить свою карьеру 62,7

53,9 Материальных успехов люди должны добиваться сами, а те, кто этого не хочет, пусть живут бедно — это справедливо

46,0

46,1 Надо проявлять гуманность, те кто материально преуспел должны помогать и заботиться о тех, кто не преуспел 54,0

59,0 Только на интересную работу стоит потратить значительную часть жизни

53,7

41,0 Главное в работе — это сколько за нее платят 46,3

32,4 Надо стремиться иметь любые доходы, независимо от того, как они получены 18,0

67,6 Человек должен иметь те доходы, которые заработал честным путем

82,0

18

70,5 Свобода — то, без чего жизнь человека теряет смысл 58,5 29,5 Главное в жизни — материальное благополучие, а свобода

второстепенна 41,5

60,7 Выделяться среди других и быть яркой индивидуальностью лучше, чем жить как все 45,9

39,3 Жить как все лучше, чем выделяться среди других 54,1

43,8

Современный мир жесток, чтобы выжить и преуспеть, необходимо драться за свое место в нем, а то и переступить через некоторые нормы морали 24,2

56,2 Я лучше не достигну материального благополучия и не сделаю карьеру, но никогда не перешагну через свою совесть и моральные нормы

75,8

Как видно, базовые ценности молодежи (четвертая и шестая пары) и старшего поколения очень близки. И те, и другие ориентированы в большей степени на интересную работу, чем на заработок. И те, и другие в большинстве своем предпочитают свободу материальному благополучию. Не случайно число молодых россиян, называвших своей мечтой цели, связанные с материальным потреблением (иметь свою квартиру, заработать много денег, жить в достатке, съездить в путешествие и т.п.), меньше тех, кто был ориентирован на цели “непотребительского” плана (иметь хорошую семью, воспитать хороших детей, получить хорошее образование и т.п.).

В то же время анализ ряда инструментальных ценностей, отвечающих не столько на вопрос, “что в жизни важнее”, сколько на вопрос, “в каких условиях и как реализовывать жизненные цели”, демонстрируя достаточно высокий уровень преемственности, показывает в то же время основной вектор изменений ценностных систем поколения, выросшего в условиях рыночных реформ. В первую очередь здесь следует упомянуть ценность солидарности, готовности заботиться о бедных членах общества. Казалось бы, сдвиг, прошедший в этой области, очень небольшой, и число сторонников солидарности среди старших возрастов всего на 7% больше, чем среди молодежи. Но в результате этого сдвига знак выбора молодым поколением меняется на противоположный. И если среди старшего поколения большинство считает, что те, кто материально преуспел, должны помогать и заботиться о тех, кто не преуспел, то среди молодежи большинство убеждено, что материальных успехов люди должны добиваться сами.

Однако убеждение молодых россиян в том, что бедность — справедливый удел тех, кто не обеспечил свое материальное благополучие, отнюдь не является проявлением их жестокости или эгоизма. Здесь мы имеем дело с явлением более глубокого порядка — сломом коллективистско-патерналистского типа сознания, берущего свое начало ещё в русской общине, которая заботилась о своих беднейших членах. На смену ему в современную молодежную среду входит модель индивидуалистического утилитарного сознания западного типа. Краеугольная основа этого типа сознания — человек, “сам себя делающий”, а следовательно сам несущий ответственность за

19

последствия всех своих действий. И не случайно в первых трёх и седьмой парах ценностных суждений, отражающих противоположность инициативно-индивидуалистического и патерналистско-коллективистского типов сознания, ответы представителей молодежи распределялись качественно иначе, чем ответы представителей старшего поколения.

Определенные различия здесь выявляются и в среде самой молодежи. Если у “благополучных” молодых россиян 84,3% были убеждены в том, что их материальное положение в настоящем и будущем зависит, прежде всего, от них самих, то среди “неблагополучных” — только 49,6%. Соответственно, две трети “благополучных” молодых россиян были убеждены, что материальных успехов люди должны добиваться сами, а те, кто этого не хочет, пусть живут бедно — и это справедливо (см. рис. 19).

Рисунок 8 Распространенность инициативных и патерналистских идеалов среди “благополучной” и “неблагополучной” российской молодежи, в %

В целом для старшего поколения характерна та же тенденция. Считают, что благополучие каждого должно зависеть от его собственных усилий 55,6% “благополуч ных” и 38,9% “неблагополучных” представителей старших возрастных групп. Из них же — сторонниками того, что материально преуспевшие должны заботиться об остальных, было соответственно 44,4% и 58,2%. Приведенные данные позволяют говорить о том, что существующие в молодежной среде (как и среди старшего поколения) индивидуалистические и патерналистские ориентации приобрели у молодежи относительно завершенную форму. Это выразилось в росте индивидуалистических настроений и падении распространенности патерналистских ожиданий. “Благополучные” молодые россияне ещё менее склонны помогать бедным, чем их “отцы”, зато и “неблагополучные” представители молодежи меньше ждут помощи от преуспевших сограждан, чем их родители.

Наконец, как показывают приведенные данные, в группе ценностей морального плана (пятая и восьмая пары), молодые россияне продемонстрировали определенную преемственность со старшим поколением, хотя происшедшие в этой области сдвиги все же не могут

20

не насторожить. Так, большинство молодых россиян убеждено, что лучше не достичь материального благополучия и не сделать карьеры, чем перешагнуть ради этого через свою совесть и мораль. Но все же 43,8% из них, т.е. почти половина, готовы драться за свое место в жизни и переступить ради своего благополучия через моральные нормы. Среди старшего поколения данное соотношение составило соответственно 75,5% и 23,8%.

Однако эти расхождения отражают скорее различия в целевых установках у молодежи и старшего поколения, чем реальную готовность к нарушению молодыми людьми норм морали, а тем более — права. Убеждение в том, что можно иметь только “честные” доходы, а не любые, разделило, например уже две трети молодых россиян. Вместе с тем, то, что каждый третий представитель молодежи убежден в том, что хороши любые доходы, независимо от того, как они получены — факт очень тревожный. У старшего поколения этот показатель вдвое меньше — 17,6%. Нужно отметить, что экономические формы девиации (например, отклонение от налогов) характерны в основном для мужчин старшей возрастной группы молодежи (от уплаты налогов уклонялись 8,4% молодежи в возрасте до 20 лет, и 15,0% в возрасте 24-26 лет; взятки давал каждый четвертый россиянин старше 24 лет и каждый шестой в возрасте до 20 лет). Работники частных предприятий давали взятки вдвое чаще, чем работники государственных предприятий. Важным фактором экономической девиации оказалась и профессиональная деятельность молодежи — молодые предприниматели втрое чаще уклонялись от налогов и давали взятки, чем, например, гуманитарная интеллигенция, у которой уровень этих форм девиации самый низкий. По значимости фактор профессиональной принадлежности был сопоставим только с вертикальной мобильностью в ходе реформ (но не с уровнем материального благосостояния, который практически не имел значения!). Среди тех, кто выиграл в ходе реформ, экономическая девиация распространена вдвое больше, чем среди тех, кто считает себя проигравшим.

21

Предпринимательство и его виды. Малый бизнес в обществе свободного предпринимательства.

Малый бизнес зародился более чем 40 веков назад в восточной части средиземноморья. Хотя малый бизнес играл основную роль в распространении цивилизации, его история никогда не занимала общественное сознание. Но теперь малый бизнес все больше признается как созидательная сила экономики.

Малый бизнес находится в центре интересов современного общества, затрагивает жизнь всего населения. Немногие сектора экономики могли бы функционировать без его нескончаемого потока продукции и услуг. И что особенно важно, его деятельность инициирует изобретательскую и инновационную деятельность: исследования показывают, что основные идеи и изобретения чаще поступают от малых, нежели от крупных предприятий. Творчество малых предприятий будет способствовать распространению новых продукции и услуг для потребителей.

Из 19 млн. предприятий США 99% можно отнести к малым, т.е. на каждом из них работают менее 500 человек. Около 600 тыс. новых предприятий создаются ежегодно, но половина из них прекращает свою деятельность в течение 18 месяцев. Основной причиной высокой «нормы смертности» является легкость, с какой неопытные люди могут начать новое дело.

Вопреки общераспространенному мнению малый бизнес процветает в тени крупного бизнеса. Одно из исследований показывает, что, как правило, малые производства являются более прибыльными, нежели крупные перерабатывающие компании.

Будущее малого бизнеса выглядит блестящим. Все больше мужчин и женщин, юношей и девушек станут участвовать в малом бизнесе. И они будут все более подготовленными к работе главным образом благодаря лучшему образованию и широкой поддержке со стороны общества.

Большинство молодых людей хотели бы самостоятельно заниматься бизнесом, но только немногие делают это. Из тех, кто этим занимается.

22

Также немногие добиваются успеха. Однако возможность стать удачливым предпринимателем вполне реальна. Шансы благоприятствуют тому, кто стремится к трудным целям. Такие люди также, скорее всего, отличаются новаторством, принимают на себя обоснованный риск, уверенны в себе, трудолюбивы, умеют ставить цели и ответственны.

Предприниматели появляются в любой сфере деятельности, и каждая этническая группа может похвалиться своими удачливыми предпринимателями. В некоторых этнических группах обычно больший процент предпринимателей, чем в других, главным образом потому, что до настоящего времени предпринимательские возможности были закрыты для некоторых групп.

Другие социальные факторы также, по-видимому, влияют на предпринимательский успех. Психологи говорят, что предприниматели чаще имели родителей, которые устанавливали высокие стандарты результатов деятельности детей, способствовали развитию навыков опоры на самих себя и не являлись сторонниками жесткой дисциплины.

Главной наградой предпринимателя является удовлетворение от хорошо выполненной работы, что отражается на прибыли. Главной опасностью является предпринимательская неудача, которая может разрушить личность и уничтожить все сбережения.

Возможности и тенденции. Хотя малый бизнес процветает почти в каждой отрасли, в некоторых

он занимает более сильные позиции, чем в других. Требования каждой основной группы отраслей - начальные финансовые вложения в персонал, материалы и оборудование определяют, насколько устойчивым будет присутствие в них малого бизнеса. Если судить по количеству наемных работников, малый бизнес преобладает в трех из четырех основных групп отраслей: оптовой торговле, розничной торговле и сфере услуг. Менее сильной является позиция в производстве, главным образом из-за больших денежных средств, необходимых для начала дела.

Возможности развития предпринимательства имеются фактически в каждой отрасли. В любой отрасли малые предприятия достигают наибольшего успеха, когда являются новаторами. Например, в производстве малый бизнес успешно конкурирует в высокотехнологичных отраслях, таких как производство химических веществ и электроника. Сфера услуг благодаря легкости, с которой можно начать дело, привлекает многих предпринимателей и является наиболее быстро развивающейся частью экономики.

Жизнь в следующем веке будет резко отличаться от сегодняшней жизни. Бурный рост знаний будет постоянно вызывать перемены, причем возрастающими темпами и главным образом благодаря компьютеризации. Честолюбивые предприниматели должны понимать тенденции в отраслях, чтобы лучше подготовиться к использованию появившихся возможностей в высоко-, средне-, низко- и нетехнологичных отраслях.

23

Место предпринимательства в современном обществе Предпринимательство (предпринимательская деятельность)

определяется как инициативная самостоятельная деятельность граждан и их объединений, направленная на получение прибыли. К отличительным чертам предпринимательской деятельности относится то, что она осуществляется на свой страх и риск и под имущественную ответственность предпринимателя. Свобода предпринимательства наравне с частной собственностью рассматривается как основа рыночной экономики, а предприниматель - как главная фигура рынка. Чтобы оценить исключительное значение предпринимательства для современного общества, полезно обратиться к принципиальным различиям двух противоположных способов ведения хозяйства - рыночного и административно-командного, называемого в зарубежной литературе «принудительно направляемым» или «государственно-принудительным». В рыночном хозяйстве функции государства и предпринимательской деятельности разграничены. В сфере государственного регулирования находятся общие условия воспроизводства, экономическая среда деятельности предприятий, но ни как не сама эта деятельность. Главная задача государства - всемерное стимулирование активности в сфере производства, создания благоприятных условий для предпринимательства, а также поддержание занятости населения, социальная опека наиболее уязвимых слоев общества, т.е. обеспечить своим гражданам достойный стандарт жизни. Все это государство может делать лишь за счет поступления в казну налогов, основное бремя которых лежит на предпринимателях. А предприниматель, в свою очередь, делает все возможное для получения максимальной прибыли. Таким образом рыночная хозяйственная система ставит человека, как предпринимателя так и работника, в положение когда он несет полную ответственность за свои действия за свое благосостояние, что связано с

24

неизбежной долей риска и высокой ответственностью. Так формируется хозяйственный порядок, действующий с наивысшей эффективностью и по мере увеличения общественного «пирога» предлагающий достойный стандарт жизни своим гражданам. В противоположность этому «принудительно направляемое» хозяйство основывается на всеобъемлющем государственном планировании производства и потребления, принуждения всех и каждого в отдельности. Подобный порядок исключает из экономической жизни свободную конкуренцию, лишает человека возможности проявить свои способности и предприимчивость, неизбежно ведет к бесхозяйственности и застою. Понятие справедливости в такой системе вырождается в жесткое перераспределение общественного «пирога» и его уравнительное распределение по минимальным стандартам жизни, ибо распределить можно лишь то, что создано. Интересы людей в этом случае сводятся не к приросту общественного «пирога», а к спорам о распределении явно недостаточного «пирога», когда выгода одних должна быть компенсирована невыгодой других. Такую систему немецкий экономист Людвиг Эрхард назвал «смирительной рубашкой» для экономики. И, действительно, наша модель «принудительно направляемого» хозяйства привела к тому, что десятилетиями искоренялось предпринимательство, а место предпринимателей занимали чиновники. Страна не использовала важнейший ресурс - человеческий потенциал - предпринимательскую способность. Теперь и наше общество, как и во всем мире, пришло к пониманию роли предпринимательства в здоровой экономике. Предпринимательство перешло не только в ранг законной деятельности, но и получает поддержку государства. В общественном сознании формируется понимание предпринимательства как главного фактора развития экономики. В странах с высоким предпринимательским потенциалом (таких как США, ФРГ и др.) важную роль обычно играет малый и средний бизнес являющийся питательной средой предпринимательства, своего рода «кузницей» предпринимательских кадров. В США, например, 40% ВНП создается на предприятиях малого и среднего бизнеса. Государство оказывает предпринимательству широкую поддержку. В стране, наряду с поддерживающим предпринимательство федеральным органом - Администрацией малого бизнеса, при органах исполнительной власти на местах действуют 19 тыс. региональных комиссий по экономическому развитию, призванных способствовать развитию бизнеса в конкретном регионе, росту производство перспективных товаров и услуг, имеющих спрос в данной местности. Оценим теперь предпринимательский потенциал России. Характер предпринимательского потенциала нашей страны обусловлен переходным состоянием российской экономики. С одной стороны, Россия продемонстрировала способность к быстрому формированию предпринимательской инфраструктуры и самого класса предпринимателей, тем более что сами эти понятия на протяжении многих предшествовавших десятилетий воспринимались исключительно негативно. С конца 80-х гг. в

25

стране образовались тысячи рыночных институтов, возникли миллионы собственников. С другой стороны, многие рыночные структуры делают лишь первые шаги, например рынок ценных бумаг (фондовый рынок). Остается весьма заметной доля государства как в национальном богатстве, так и в собственности акционированных и частично приватизированных предприятий. Есть все основания полагать, что в силу многих исторических и культурных традиций Россия сохранит значительный государственный сектор и в будущем. Весьма велика будет и роль государственного регулирования в экономике. При этом, одной из характерных черт переходной экономики России является тесное переплетение частного и государственного капитала, заметная роль государственного аппарата, а значит и государственного предпринимательства. Довольно пестрым является и состав формирующегося российского предпринимательства: здесь и рядовые граждане, прежде всего молодежь, активно работающая в бизнесе (в основном в мелкорозничной и «челночной» торговле, не требующей значительного первоначального капитала, в посреднических услугах), и высококвалифицированные специалисты, открывающие консультативные фирмы, (например, в области управления, программного обеспечения). Расширяется малый бизнес в сфере ремонта, строительства и технического обслуживания. К сожалению, немалая часть нового предпринимательства вышла из прежнего «теневого» бизнеса и находится под прямым контролем криминальных структур. Криминальные структуры втягивают в свою орбиту и вполне «чистый» бизнес, облагая его всевозможными поборами. Рэкет стал почти неотъемлемой частью российского предпринимательства. Таким образом, исходные рубежи для формирования российского предпринимательского класса являются далеко не самыми благоприятными. Потребуется немало лет и усилий для выращивания не только умелых и опытных, но и «цивилизованных» предпринимателей. Пожалуй, одним из ключевых факторов, наряду с продолжением либеральных экономических реформ, является система образования, способная дать нынешним и будущим российским предпринимателям не только современные управленческие знания, но и привить определенную систему моральных ценностей, выработать новую предпринимательскую этику, широко распространенную в развитых странах.

комментарии (0)
Здесь пока нет комментариев
Ваш комментарий может быть первым
Это только предварительный просмотр
3 страница на 42 страницах
Скачать документ